Я прекрасно понимал, что ни Вархан Серрос, ни императрица Кассилия не оставят это так. Сегодня я показал перед всем Вельградом и всей Империей, что даже «обычный варвар» способен изменить волю монархов. И перетянуть на себя настроение народа.

А таких ошибок власть не прощает.

Но сегодня я выжил. Это было главное. А завтра… Завтра — видно будет.

***

Грохнули железные двери, и щитники с факелами втолкнули худосочного узника в подземелье Гулких Ям — место на окраине Вельграда, особо охраняемое и особо почитаемое.

Один из щитников ткнул рукоятью короткого меча пленника между лопаток.

— Шевелись, вор! — прорычал он.

Пленник споткнулся и поднял взгляд, полный ужаса.

— Куда меня ведут? Благостин… скажите…

— Сейчас узнаешь, — бросил стражник.

Трое воинов шли следом, их шаги гулко отдавались под сводами. Подземелье было столь огромным, что казалось вырубленным не человеческой рукой, а лапой гиганта. Сводчатый потолок терялся во тьме, пол же был вытёсан так ровно, будто его полировали годами. И стены — правильной формы, гладкие, не похожие на хаос природных пещер. Это место строили люди, но не для людей.

И вдруг по подземелью разнесся утробный рык.

Такой низкий, что казалось, он поднимается прямо из недр земли, заставляя воздух дрожать.

У пленника подкосились колени.

— Вы… вы хотите скормить меня чудовищу? Скажите… куда меня ведут?!

— Иди, вор. Иди уже, ну, — толкнул его щитник.

Они шли дальше. Шаги отдавались гулким эхом. Потом пол впереди просто исчез.

Яма.

Огромная, уходящая в беспросветную черноту. Оттуда поднимался густой смрад: мертвечина, залежалая шерсть, серные испарения — всё смешалось в едком, жгучем дыхании Ямы. Из глубины слышалось тяжёлое и тягучее сопение.

— Схорн проголодался, — хмыкнул один из молодых щитников.

— Тише, Зельде, — шикнул старший. — Он тебя услышит.

Зельде мотнул головой, держась за собственную браваду:

— И что с того?

Но сказал он это уже куда тише.

Старший стражник посмотрел в чернильную бездну ямы:

— Безликий Схорн — древний. Древнее нас, древнее городских стен. Древнее всего, считай, почти как боги. Относись с уважением, Зельде… иначе накличешь беду.

Молодой стражник сразу прикусил язык.

Пленник, худой простолюдин, застыл и задрожал.

Он всё понял.

К краю ямы подошёл мужчина в одеянии, напоминающем рясу, но из тонкой и дорогой ткани, что даже в этой тьме мерцала серебром. На груди у него висел знак — символ Хранителя Сводов.

Хранители Сводов… Орден, который в Империи исполнял всю гражданскую власть: суды, исполнение приговоров, городское хозяйство, архивы, сбор налогов, толкование законов.

Иногда они противопоставляли себя власти архонтов, или напротив, дополняли ее. Если архонты — власть военная и родовая, то хранители — власть городская, строгая и педантичная.

Мужчина развернул свиток с красной печатью и ровным, бесстрастным голосом зачитал:

— Герен Безродный приговаривается к смертной казни за воровство. Приговор будет приведён в исполнение немедленно. Осуждённый будет сброшен в Гулкую Яму.

— Нет, нет, пожалуйста! — взвыл узник, падая на колени. — Я украл только копченую оленью ногу! Всего лишь кусок мяса! Смилуйтесь, благостин, ради богов, прошу…

Хранитель сводов не моргнул. Словно и не слышал отчаянной мольбы этого человека.

— Я, как городской Хранитель Сводов, обязан следить за исполнением законов, — произнёс он, глядя поверх свитка, — и не допускать никаких… послаблений. Ты прекрасно знаешь, что за воровство в Вельграде кара — смерть.

Он кивнул стражникам:

— Приступайте.

— А кандалы снять? — нерешительно спросил молодой щитник. — Схорну легче будет… жевать…

Он слабо улыбнулся, пытаясь шутить и теперь, но его никто не поддержал. Все были напряжены. Молодой щитник покраснел и опустил голову. Он впервые участвовал в приведении приговора в исполнение, и страх его плохо прятался за этой колченогой шуткой.

— Нет! — закричал тогда вор и метнулся, пытаясь прорваться через стену щитников, прочь от зияющей, тёмной пасти ямы.

Но его мигом скрутили, подтащили к самому краю и, не давая ухватиться, швырнули вниз.

Раздался глухой шлепок, это тело ударилось о каменное дно. Затем послышался звон цепей — узник со стоном пытался подняться. В подземелье на миг воцарилась тишина. И вдруг… Раздался глубокий, утробный рык. А затем такой крик, что холод прошёл по спинам всех, кто стоял вокруг. Крик оборвался хрустом ломаемых человеческих костей.

Схорн Безликий заживо пожирал приговоренного к смерти.

***

Императрица Кассилия вошла в зал совещаний дворца последней. Едва её шаги прозвучали под сводами, присутствующие, уже сидевшие за огромным овальным столом, — члены Совета архонтов — поднялись в почтительном молчании, склонив головы.

Там был верховный жрец Мирос, архонт войны Вархан Серрос, архонт казны, архонт путей и камня, архонт торговли, столичный хранитель сводов.