— Думаю, мне даже не нужно это записывать, потому что разве можно забыть что-то настолько отвратительное? — Прежде чем Ноа успевает возразить, я перебиваю его. — Нам нужно придумать нашу историю знакомства.

Он приподнимает бровь. Почему каждое выражение его лица заставляет мой желудок переворачиваться?

— Нашу историю знакомства?

— Нашу историю о том, как мы встретились.

— Взлом твоей квартиры недостаточно мил?

Это было бы интересной историей знакомства. Запоминающейся, по крайней мере.

— Не если мы хотим, чтобы твоя семья считала меня в здравом уме.

— Почему бы они не сочли тебя в здравом уме?

— Разве здравомыслящая женщина действительно стала бы продолжать общаться с незнакомцем, который вломился в ее квартиру, и не заявлять в полицию?

— Хорошая мысль. Особенно после того, как он выломал ее дверь и нагадил везде. — Он задумывается на мгновение, взгляд скользит по ярко-голубому небу над головой. — Как насчет того, что мы встретились в клинике? Ты принесла Колючку, я проявил к нему чудесную заботу, и вы оба влюбились в меня.

Я мысленно пинаю себя, когда мои щеки начинают гореть, а по губам расползается неудержимая улыбка. Если бы такое знакомство действительно случилось, я бы влюбилась в него мгновенно.

— Как давно мы встречаемся? Нужно убедиться, что нет пересечения между мной и твоей бывшей.

— Я расстался с ней несколько месяцев назад. В январе? Или в феврале? Так что скажем, что мы встретились пару недель назад.

Неожиданно перед глазами проносятся образы бывшей девушки Ноа. Модель, которая возвышается надо мной и привлекает взгляды всех вокруг, расхаживает в Гуччи и Версаче в линиях, которые, кажется, подогнаны под ее точные параметры. Я отгоняю эту мысль. Я здесь, чтобы делать свою работу, и неважно, если я не дотягиваю до бывшей Ноа, потому что все это ненастоящее.

— Две недели? — спрашиваю я. — Три недели? Нужно быть точными.

— Три?

— Давай остановимся на месяце. Наверное, не стоит знакомить кого-то с семьей, если отношениям меньше месяца.

— Это правило?

— Правило большого пальца? Но, думаю, знакомство с семьей на ранней стадии отношений может указывать на то, что я не более чем утешение, что может быть полезно, когда мы инсценируем разрыв.

Ноа молча изучает меня с выражением, которое находится где-то между забавным и восхищенным.

— Ты точно профессионал.

— Эм. Спасибо.

— Ты не против держаться за руки? Пока мы с моей семьей? Думаю, это поможет выставить в лучшем свете наши отношения. Мои родители ласковы. Им может показаться странным, если мы вообще не будем прикасаться. Но если ты не хочешь, это нормально⁠…

— Нет, это нормально. — Я улыбаюсь. Я могу выдержать немного держания за руки для вида. — Но нельзя переплетать пальцы. Это слишком интимно.

Он оживает от моего сарказма.

— И где же ты проводишь черту?

На моем телефоне появляется уведомление.

Хейзел

Я ничего о нем не нашла. Несколько аккаунтов в соцсетях, которые он уже зачистил от любых бывших девушек. Не уверена, зеленый это флаг или красный.

Кстати, ты не сказала мне, НАСКОЛЬКО ОН ГОРЯЧ. Какого черта, Саммер? У этого мужчины челюсть, которая может зажечь огонь.

Я пытаюсь скрыть экран от Ноа, пока спешно печатаю ответ.

Саммер

Это не имеет смысла.

Хейзел

Ты не смогла бы спать на его животе из-за этих КАМЕННЫХ КУБИКОВ ПРЕССА. А эти голубые глаза? Я бы плавала в такой чистой и манящей воде, даже с акулами.

Саммер

Пожалуйста, скажи мне, что ты под кайфом.

Хейзел

Как проходит поддельное свидание? Как его семья? О боже, представь, какие у вас могли бы быть дети!!

— Все в порядке? — Ноа кивает на мой телефон.

Мое лицо пылает, потому что теперь я представляю ангельские лица наших детей с его голубыми глазами. Я засовываю телефон в сумочку.

— Ага. Просто моя подруга, Хейзел.

— Она что-то нашла в моем досье? Я хотел рассказать тебе о том обвинении в убийстве.

— Ты это видел? — Теперь мне хочется провалиться сквозь землю.

Он смеется.

— Она правда проверила мое досье?

— Конечно. Это же Хейзел. — Я прищуриваюсь на него. — Расскажи мне подробнее об этом обвинении в убийстве.

— Может, за ужином. — Он машет над головой, и пожилая пара, стоящая под руку на крыльце своего дома в стиле шале, машет в ответ. Родители Ноа.

Большие окна, крыльцо, опоясывающее весь дом, причал на воде. Их дом живописен.

— Не могу дождаться, когда перееду.

— И еще, быстро, — добавляет Ноа. — Мои родители — лидеры культа, они собирают мусор и говорят только на латыни. Это не будет проблемой?

— Вовсе нет.

Он ухмыляется мне.

— Готова познакомиться с семьей?

С крыльца женщина в длинном струящемся платье отделяется от мужа и бежит к нам с улыбкой. Я ожидаю, что она бросится к сыну, возьмет его лицо в ладони и расцелует в щеки, но она направляется прямо ко мне.