Вариантов слишком много. Как узнать, какая ей понравится? Мне следовало провести больше исследований, прежде чем прийти сюда. Но я не могу спросить Саммер, какую маску мне надеть, чтобы следить за ней, и у нее вряд ли есть коллекция масок, ожидающая своего будущего мужа-сталкера.

Я звоню Аресу, Килиану и Ви, все трое появляются на экране моего телефона. Ви на эллиптическом тренажере, ни капли пота на лице, ни одного волоска не выбилось. Арес лежит с огромным томом в твердом переплете на груди, а Килиан сонно щурится в кровати, как будто только что проснулся.

— Мне нужен ваш совет. Какую маску мне взять?

Ви закатывает глаза и стонет.

— Не впутывай меня в это.

Ее экран гаснет, а затем исчезает. И никакой женской перспективы.

— Не уверен, что мне нужно знать об этом так много, чувак. — Густые брови Ареса хмурятся. — Твои фетиши — это граница, которую я не переступаю.

— А если это фетиши моей девушки?

— Тогда я точно не хочу знать. — Он вешает трубку.

Остается только Килиан, рассматривающий стену с масками передо мной. Он трет глаза, прежде чем прочистить горло, голос хриплый со сна.

— Мой совет? Возьми их все.

Для женщины, которая утверждает, что хочет, чтобы за ней следили, Саммер усложняет задачу. В какие-то дни она встает в шесть, в другие в девять. У нее нет режима — нет постоянного времени приема пищи, отхода ко сну или просмотра телевизора. Как я должен с этим работать?

Ожидая в машине у ее дома, я трижды задыхаюсь в своей маске и снимаю ее, чтобы успокоиться и убедить свой паникующий мозг в том, что пластик не задушит меня.

Наконец, десятилетняя Хонда паркуется на месте на противоположном конце стоянки, и из нее выходит самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, направляясь к дому в куртке, туфлях и платье, облегающем каждый ее изгиб.

Может быть, это из-за маски, скрывающей мое лицо, или из-за того, что я буквально слежу за ней, но мою грудь пронзает острая боль. Напоминающая о том, как реагировали мужские персонажи в ее любимых книгах, когда видели женщину, которую любили, с другим мужчиной. Ревность жжет огнем. Теперь я начинаю это понимать.

Я, возможно, не был свидетелем того, как она была на одном из своих свиданий, но я вижу последствия. Вспышки того, как она притворно смеется над его глупой шуткой, как ее платье подчеркивает каждый изгиб, пока его ревнивая бывшая пялится на них, как он очарован тем, как движутся ее губы, когда она говорит, и как они изгибаются в улыбке, как его сердце колотится сильнее при мысли о том, что, возможно, эта связь, которую он чувствует с ней, более реальна, чем он думал.

Она не твоя настоящая девушка. У тебя нет права ревновать. Ты знал, что это ее работа.

Она профессионал. Я знаю это. Но я уверен, что актеры не в восторге, когда видят, как их супруг целуется со своим экранным любовным интересом.

Я жду, пока Саммер поднимется по лестнице и пройдет по площадке к своей квартире, прежде чем выхожу, стараясь держаться в тени, но это чертовски сложно из-за всех этих фонарей, освещающих территорию.

Что, если она поймает меня за слежкой? Что, если она каким-то образом поймет, что это я, даже в маске? Как, черт возьми, я это объясню?

Над моей головой раздается небольшой вздох. Я улыбаюсь. Она нашла мои подарки.

Дверь Саммер захлопывается за ней, и я медленно поднимаюсь по лестнице, морщась от каждого скрипа досок под ногами. Где, черт возьми, в руководстве сталкера написано, как двигаться бесшумно?

Сердце колотится, я крадусь к ее двери, надеясь с каждым шагом, что она не распахнет ее и не обнаружит человека в маске, крадущегося вокруг ее дома.

Когда я добираюсь до ее двери, замечая приоткрытое окно, я проскальзываю мимо и останавливаюсь за углом, прижимаясь спиной к шершавому кирпичу.

— Колючка! — Ее голос доносится через открытое окно. Слава богу, она оставила его открытым. Сверху, конечно. Нельзя рисковать, чтобы влезли какие-нибудь сталкеры. — У тебя новые игрушки!

Ее голос исчезает. Должно быть, она отдает Колючке пластиковый шарик, мягкую игрушку, тоннель и колесо, которые я прислал. Каждый хороший сталкер посылает подарки. Подождите, пока она обнаружит, что я приготовил для нее.

Голос Саммер становится громче, когда она возвращается в гостиную.

— ...подписанный экземпляр новой книги С.Т. Николсона, то специальное издание, которое я хотела месяцами, новую Киндл, и кучу игрушек для Колючки, которыми он уже одержим.

— Святые угодники. — Голос Хейзел трещит по громкой связи. — Саммер, я не буду тебя осуждать, так что будь честна. Ты переспала с Ноа?

— Нет!

— Тогда надо.

— Хейзел.

Я улыбаюсь. Может, мне нравится эта слегка безумная, пугающая лучшая подруга Саммер.