Нисса встает передо мной, ее грудь поднимается с глубоким вдохом. «Прекратите это, Ариэлла… Раэль. Это безумие».

«Единственное безумие — это быть на их стороне, Нисса, — резко парирует Ариэлла. — Что, черт возьми, с тобой в последнее время? Уходи, или мы заставим тебя».

Я смотрю на серебристоволосую драконицу. Согласно ее словам до того, как мы с Эсме покинули Драэтис, она должна была попытаться убедить по крайней мере полковника Рогона не становиться на сторону Аниса. Может, ей это удалось, и поэтому его арестовали, но его дочь и племянница были менее… убедимы.

В любом случае, у меня как минимум две драконьи проблемы.

По какой-то причине Нисса не двигается. Ее челюсть сжимается. «Нет».

Но это все предупреждение, которое мы получаем. Раэль двигается как молния, ее рука бьет — сначала по мне. Я вижу вспышку золотого света, чувствую обжигающий жар, и затем Нисса уже там, перехватывая удар своим предплечьем. Раздается тревожащий хруст, и Раэль шипит, отшатываясь, но держит позицию.

Бой перерастает в хаотичный, жестокий беспорядок. Нисса стремительна и сильна, но ее движения скованы необходимостью защищать меня. Ариэлла и Раэль становятся похожи на синхронизированный шторм насилия, их атаки бесшовно переплетаются.

Раэль создает копье из сплошного, ослепляющего света и швыряет его в меня. Нисса движется, серебристая вспышка, и отбивает его рукой, которая светится собственной защитной магией. От удара ее отбрасывает на шаг назад, рука дымится. Пока Нисса не в равновесии, взгляд Ариэллы находит меня.

Я — обуза. Мягкая, очкастая мишень в бою между существами с, честно говоря, нелепым соотношением силы к массе. Мне нужно перестать быть мишенью и начать быть угрозой.

Я пятлюсь назад, пытаясь создать крошечное пространство, одну секунду на размышление. «Энгус!» — шепчу я, голос напряжен, имя — молитва моему упрямому, драчливому, далекому дяде-призраку из Салема. «Иезекииль, ты мне должен!»

Воздух вокруг моих рук холодеет, знакомое покалывание начинающегося соединения. Я чувствую, как шевелится призрачное присутствие, слабый шепот в сознании.

Это недостаточно быстро. Прежде чем соединение может уплотниться достаточно для того, чтобы их сила потекла через меня, сапог врезается мне в ребра.

Мир взрывается звездной вспышкой бело-горячей боли. Хруст, мокрый и громкий, отдается внутри моего собственного черепа. Воздух выбивается из легких захлебывающимся всхлипом, и я падаю, тяжело, моя голова ударяется о каменный пол.

Коридор превращается в тошную размазанность света и тени. Я вижу Ниссу, серебристую размытость, запертую в яростной перепалке с Раэль, чьи руки пылают золотой энергией. Нисса кричит мое имя, звук искажен звоном в ушах, но она не может вырваться.

Из размытости надо мной проступает фигура. Ариэлла. Ее лицо — бронзовый овал, глаза сверкают холодным торжеством. Она приседает, одна рука светится тем же смертоносным светом, что и копье ее кузины.

«Это за бесчестье, которое твоя семья нанесла нашему роду», — рычит она, и свет нарастает, готовый уничтожить меня. Я пытаюсь двинуться, поползти, но мое тело — бесполезный комок агонии.

Вот и все. Так умирает библиотекарь… вместе с горящей библиотекой.

Рев разрывает воздух — не рев дракона. Он звучит как что-то вырванное из самой преисподней.

Размытость багряного и черного цвета врезается в Ариэллу, отбрасывая ее в сторону с невероятной силой. Она ударяется о дальнюю стену с тошнотворным хрустом кости и камня, ее свет гаснет.

Я щурюсь, пытаясь осознать новую фигуру, стоящую там, где была Ариэлла. Она высокая, шире любого человека, кожа цвета темных тлеющих углей. Руки заканчиваются сверкающими черными когтями, с которых капает свежая кровь. Она поворачивает голову, и два глаза сплошного, пылающего багрянца останавливаются на мне. И я знаю его.

Демон делает шаг к скомканной фигуре Ариэллы. Она пытается подняться, одна рука согнута под ужасающим углом, из губ вырывается захлебывающийся всхлип.

Демон не колеблется. Он движется с грацией хищника, его когти рассекают воздух. Крик Ариэллы обрывается мокрым, разрывающим звуком, который будет преследовать меня до конца моих дней. Когда существо выпрямляется, его грудь тяжело вздымается, оно держит в когтях все еще бьющееся сердце Ариэллы. Оно сжимает его, орган разрывается, как перезрелый плод, и остатки падают на пол.

Раэль издает сдавленный крик ужаса, ее собственная атака ослабевает. Она смотрит на чудовище, затем на тело кузины, и в редчайшее мгновение я вижу страх на лице дракона.

Демон медленно поворачивает голову, его расплавленный взгляд скользит по Раэль, затем по Ниссе, прежде чем наконец вернуться ко мне, свернувшейся и сломанной на полу. Ярость в этих глазах смягчается на долю секунды, сменяясь проблеском чего-то еще. Что-то защитное… Собственническое.

«Чад?» — шепчу я, имя — разорванная, кровавая вещь в моем горле. «Что ты… здесь делаешь?»