Я провожу языком по ее нижней губе, и она дрожит в моих объятиях. Я углубляю поцелуй, облизывая ее рот изнутри, осторожно, ищуще, надеясь, что делаю это правильно.

Ее рука соскальзывает с моей щеки, и она замирает. Она отступает на один шаг. С таким же успехом это может быть зияющее ущелье. Ее глаза широко раскрыты, ошеломлены, и в них мелькает паника, которая сводит меня с ума.

— Я… — Она качает головой. — Прости. Я не должна была этого делать. Я сказала, что никогда...

И вот оно. Сожаление. Перерисовка границ.

— Тебе не нужно извиняться. — Мой голос грубый, и я рушусь внутри, но сохраняю самообладание. — Это был момент, вот и все. Реакция на разговор Айлы.

Она тяжело сглатывает. — Да, момент. — Ее взгляд опускается в пол, и она делает еще один шаг назад. Указывая большим пальцем через плечо, она бормочет: — Я должна пойти и найти Айлу. — Не сказав больше ни слова и не взглянув на меня, она разворачивается и практически выбегает из комнаты.

Я падаю на ближайший стул. Для меня это был не «момент». Один поцелуй изменил все. Я боялся, что это будет похоже на все другие случаи, когда я пытался целовать женщин и мужчин, но это было не так. Этот тихий голос, который постепенно становился громче, был прав. Невозможная реальность, которая не менее правдива.

Мне кажется, я влюблен в свою жену.

Глава двадцать седьмая

ТОБИАС

С момента нашего воскресного поцелуя я держусь на расстоянии от Ребекки. Или, может быть, она держится на расстоянии от меня. В любом случае, я не видел ни ее, ни Айлу и скучаю по ним. Случилось именно то, чего я боялся. Я раскрыл карты и в итоге потерял их обоих.

Мне не следовало целовать ее. Или это она поцеловала меня? В моей голове все перепуталось, воспоминания нечеткие и бессвязные. Все, что я знаю, — это ощущение ее губ, то, как ее груди прижимались к моей груди, прикосновение ее руки к моей щеке, все это изменило меня на клеточном уровне. По правде говоря, я вовсе не жалею о случившемся. Скорее, мне хочется, чтобы это повторялось снова, и снова, и снова. И это мысли человека, который всю свою сознательную жизнь бежал от физической близости.

От меня не ускользнула ирония.

Моё утро среды тянется так медленно, словно грязь, ползущая в гору. Клянусь, в какой-то момент часы идут назад, а не вперед. Я с головой погружаюсь в работу, но это не помогает. Я не могу перестать ерзать, как будто сижу на кактусе. Оба раза, когда Би заходила в мой офис — один раз, чтобы принести мне кофе, а второй, чтобы передать бумаги, которые нужно было подписать, — она бросала на меня косой взгляд, наполненный сочетанием любопытства и беспокойства. Она знает, что что-то происходит, и я жду, когда она спросит меня, готовая ложь вертится у меня на кончике языка. Скорее всего, отвлекающая шутка.

Когда моя дверь открывается в третий раз, я готовлюсь к особому допросу Би. Но входит не Би.

— Привет, — говорит Ребекка, теребя подол своего джемпера. Кажется, я не единственный, кто сегодня нервничает.

— Привет. — Я встаю из-за стола, хотя понятия не имею зачем. Засовываю руки в карманы брюк и вздергиваю подбородок. — Что случилось?

Насколько это, блядь, отстойно?

— Ничего. Я просто... — Она вздыхает. — Я избегала тебя, и мне жаль.

Моя кривая улыбка выдает меня. — Это я тебя избегал.

Секунду мы смотрим друг на друга, затем оба разражаемся смехом. Напряжение, витающее в комнате, улетучивается.

— Мы можем поговорить? — Спрашивает Ребекка. — У меня есть пара свободных часов. У Дейзи запланирован прием у ветеринара, и Вики предложила взять Айлу с собой.

— У меня есть идея получше. — Я захлопываю крышку ноутбука и хватаю куртку. — Почти время обеда. Как насчет пикника в саду? Сегодня прекрасный день.

Она расплывается в улыбке. — Звучит заманчиво.

— Дай мне переодеться. Я попрошу Би договориться с персоналом на кухне о еде, и встретимся внизу через пятнадцать минут. Звучит неплохо?

— Идеально.

Я посвящаю Би в свои планы, затем возвращаюсь в свою комнату и переодеваюсь в джинсы и повседневную футболку. Я чувствую себя подростком, предвкушающим свое первое свидание, за исключением того, что мое первое свидание закончилось катастрофой. Я надеюсь, что это будет более успешным, хотя я бы не назвала это свиданием как таковым. Скорее, прояснить ситуацию и, возможно, найти путь вперед. Ведет ли этот путь, по которому я хотел бы идти, или по первоначальному пути, о котором мы с Ребеккой договорились несколько месяцев назад, что ж, это зависит от нее. Я не буду давить на нее в любом случае.

Даже если это убьет меня.

Я прихожу первым, но вскоре ко мне присоединяется Ребекка. Я беру корзину для пикника, и мы направляемся в заднюю часть дома, к озеру, в котором я плавала со своими братьями и сестрами, когда была маленькой. Территория здесь ухоженная и обширная, и есть множество укромных уголков, где мы можем насладиться уединением.