— Вы должны поехать с нами.

Это уже неприятно. Я не любила лошадей, даже боялась. Что забавно, такое отношение у меня сложилось из-за отца этой язвительной птички, что сидела напротив. Однажды наша с ним прогулка верхом на одной коне закончилась очень трагичным и жутким случаем.

Однако Салли вряд ли знает о моём отношении к конной езде. Или она успела заметить, как я настороженно веду себя рядом с лошадьми во время совместных прогулок в карете?

— Зачем? – буднично поинтересовалась, не поднимая взгляда.

— Неприлично светской леди гулять одной в компании джентльмена без сопровождения.

— О, вас начала беспокоить ваша репутация, леди Грейвз?

— Вы язвите мне, мисс Хартли? – в голосе негодницы послышался откровенный, дерзкий вызов.

— Нет, нисколько, – я даже не прятала яд. Его не было. Мне было искренне всё равно на её попытки вздыбить шерсть. – Однако мистер Мюррей честный, хороший джентльмен. Зачем вы хотите водить его вокруг пальца?

— Не понимаю вашего вопроса. Разве вы здесь не для того, чтобы найти мне мужа?

— И привить знания, верно. Но вы ведь сами признались, что не собираетесь замуж.

— Однако вы не спешите уезжать после моих слов. Хотя на деле попросту здесь не нужны. Раз уж остались: хотя бы притворитесь, что делаете свою работу.

Какие грубые, болезненные слова. Но я лишь улыбнулась в ответ.

— Ваша матушка не учила вас, что попытки эгоистично держать возле себя ненужных мужчин никак не укладывается в поведение истинной леди?

Я сказала лишнего, но очень уж эта выходка напоминала Ровену, которая в какой-то момент пыталась при живом ухажере прибрать к себе ещё и Рэймонда. И где они в итоге оказались?

— Не смейте! – разъяренной змеей зашипела Салли, вскакивая из-за стола и роняя чашку. Горячительное содержимое растеклось по столу, ярко демонстрируя гнев самой аристократки, ударивший через край. – Не смейте даже заикаться о моей маме!

Я смолкла, глядя на разъяренную Салли. Конечно, мне было, что ей сказать. Я знала, как могу задеть её ещё сильнее. Но зачем? Эта девочка не по своей вине родилась в семье, где не было любви. Она не была причастна к измене, дуэли, тюрьме и смертям. Единственное, что ей остаётся – пожинать плоды в виде жизни вне дома в тени репутации отца. И единственное, за что она цепляется – это вера в чистоту её бедной мамы.

Я не могла забрать у Салли веру в Ровену. Не могла очернить ту леди, которой я когда-то служила. Пусть слова для этого и найдутя.

— Извините, леди Грейвз, – произнесла я спокойно, но честно. – Мне не стоило говорить о вашей матери. И всё же я прошу вас подумать об отношении к мистеру Мюррею.

Если бы я понимала, что Билли имеет хоть какой-то шанс завоевать сердце Салли – я бы даже не поднимала эту тему. Но честный мальчик был влюблен и взволнован. А прожженная жизнью лиса просто хотела разбавить скуку.

Увы, моя воспитанница не оценила жеста с отступлением и продолжила огрызаться:

— Вас это не касается, мисс Хартли. Вас вообще здесь быть не должно.

— Я могу пойти к вашему отцу и объясниться с ним, – ни один мускул на моём лице не дрогнул под новым напором аристократического негодования. – Честно сказать, что я больше не вижу смысла в моей работе. Но тогда мне придется рассказать ему о вашей позиции касательно брака…

Салли тут же смолкла. Она всё ещё глядела на меня злой кошкой, но дальнейшие слова предпочла подбирать. Хитрая девочка понимала, что слепой отец никогда не согласится оставить её без мужского союзного плеча. А терять образ послушной дочки, которая настолько добра и чудесна, что ей разрешают всё без раздумий, моей воспитаннице никак не хотелось.

За дверью послышались шаги. Я сдержала улыбку и нравоучительно спросила, прерывая напряженную тишину:

— Так мне поговорить с вашим отцом, леди Грейвз?

— О чём со мной нужно поговорить? – в столовую вошёл Рэймонд. Видимо, он успел отдать поручения секретарю и решил вернуться к чаепитию с нами.

Личико Салли моментально изменилось. Хоть отец не видел её эмоций, она каждый раз разыгрывала представление в полной мере.

— Мистер Мюррей пригласил меня покататься верхом. Мы с мисс Хартли хотели узнать, ты ведь не против?

Брови Рэймонда на секунду дрогнули, а губы скривились. Он тоже хотел видеть рядом со своей дочерью совсем другого человека. Однако спорить с тем, что Билли Мюррей – отличная партия никому не приходилось.

— Если ты хочешь, конечно. Мисс Хартли, вы ведь сопроводите Салли?

Тут уже некуда было деваться. Хотя от мысли, что придется ездить верхом на здешних лошадях по спине пробежали холодные мурашки.

— Конечно, мистер Грейвз.

С губ Салли сорвался кокетливый смешок, она положила руки на плечо отцу, потянулась на носочках и поцеловала его в щеку в знак своей дочерней благодарности. А после упорхнула, явно не желая больше с кем-либо из нас разговаривать.