В соответствии с условиями Закона о возвращении 1950 года израильское гражданство гарантировалось евреям со всего мира. К 1951 году население Израиля увеличилось почти вдвое, превысив 1,3 миллиона человек. Приблизительно половину этих новых иммигрантов составляли европейские евреи (ашкеназы), а другую половину составляли мизрахи (также известные как сефарды, или восточные евреи), прибывшие из арабских стран. Причины исхода евреев из арабского мира были разнообразны: одних привлекали сионистские идеалы или к эмиграции их побуждал Израиль; другие (особенно в Ираке) бежали от антисемитизма и систематических преследований — но результат оказался одинаковым: древние еврейские общины в таких городах, как Багдад, практически исчезли. Хотя предпринимались попытки связать в рамках общего «обмена населением» имущественные претензии иммигрантов-мизрахи с претензиями палестинских беженцев, некоторые наблюдатели подвергают сомнению справедливость подобной политизации этого вопроса. В то время как палестинские претензии на компенсацию обращены к Израилю, еврейские претензии направлены не против палестинцев, а против других арабских стран, которые либо не участвовали в войне за Палестину (например, Марокко, Тунис и Ливия), либо были вовлечены в собственный сложный процесс деколонизации (например, Алжир).

Задача интеграции хлынувшего потока иммигрантов в новом государстве Израиль была двоякой: с одной стороны, правительству нужно было обеспечить их жильем и работой, с другой — оно стремилось привить им чувство общей гражданской идентичности. Безусловно, поразительный экономический рост Израиля в первое десятилетие или около того облегчил задачу обустройства новых иммигрантов. Правительство получило возможность осуществлять чрезвычайно амбициозные и интервенционистские программы расходов благодаря огромным суммам денег, поступавшим в виде пожертвований от мирового еврейства, репараций за Холокост от правительства Западной Германии, а также некоторой военной помощи со стороны таких стран, как Франция и США. Контроль правительства над городской и сельскохозяйственной собственностью, принадлежавшей палестинским арабским беженцам, также оказал огромную помощь, поскольку новые еврейские иммигранты, к примеру, заселялись в покинутые арабские дома.

По ряду причин иммигранты-мизрахи вошли в израильское общество в качестве низшего класса, отчужденного от ашкеназской элиты, которая в подавляющем большинстве состояла из потомков второй и третьей алийот из Европы. Евреи-мизрахи прибывали с меньшими ресурсами, и значительную их часть расселяли в беднейших городских кварталах или отправляли осваивать новые города развития вдоль границ. Разительный разрыв между евреями-ашкеназами и мизрахи в таких сферах, как представительство во власти и средний доход на душу населения, сохранялся до 1970-х годов, когда политическое влияние, завоеванное общиной мизрахи, в конечном итоге привело к драматическим потрясениям в израильской политике (свидетельством чему стали выборы 1977 года).

После провозглашения независимости новое государство было преисполнено решимости установить демократическое правление (по крайней мере для евреев). Власть была возложена на 120-местный парламент, известный как Кнессет. Как и в других странах, парламентская система обеспечивала сильный партийный контроль над своими членами. Места распределялись между любыми партиями, получившими хотя бы 1 процент (в 1992 году этот порог был повышен до 1,5 процента) голосов. При такой избирательной системе партии, получавшие наибольшее число мест, как правило, не имели абсолютного большинства и потому были вынуждены формировать коалиционные правительства — этот процесс переговоров и компромиссов зачастую давал несоразмерно большую власть малым партиям. В первые десятилетия партия Мапай Давида Бен-Гуриона пользовалась своим стратегическим положением в центре политического спектра для формирования стабильных коалиционных правительств, объединяясь с религиозными и левыми партиями. В результате Бен-Гурион сыграл особенно важную роль в процессе раннего государственного строительства. Например, когда из множества полувоенных формирований догосударственного периода создавалась новая Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ), ревизионистская организация «Иргун» под руководством Менахема Бегина продолжала действовать независимо от нового правительства. Преисполненный решимости подчинить организацию, Бен-Гурион (занимавший пост министра обороны, а также премьер-министра) приказал ЦАХАЛу принять меры. В июне 1948 года армия обстреляла и потопила судно «Альталена», перевозившее оружие для «Иргуна», при этом несколько членов организации погибли в ходе столкновения.