В этом же ключе утверждается, что отказ палестинцев от законодательного собрания 1923 года (см. главу 2) стал самой большой из упущенных возможностей: если бы предложенный конституционный механизм был принят, Палестина и палестинцы получили бы подобие законодательного правительства, что значительно усложнило бы задачу раздела после Второй мировой войны. И действительно, Палестина — единственное ближневосточное государство, не имевшее законодательного собрания в межвоенный период, — остается единственным, которое было разделено. Каким бы ошибочным в ретроспективе ни казалось палестинское неприятие предложений, необходимо тем не менее попытаться понять факторы, которые этому способствовали. Во-первых, это была очевидная несправедливость политических предложений и широко распространенное убеждение, что необходимо добиваться лучших условий. Во-вторых — очевидный провал руководства из числа нотаблей: ожесточенное соперничество как внутри влиятельных семейств, так и между ними подрывало попытки отдельных палестинских лидеров, которые видели необходимость в переговорах, но боялись, что это даст их оппонентам повод очернить их за готовность к компромиссу.
Когда в 1949 году бои прекратились, линии перемирия, очертившие границы нового государства Израиль, включили в себя гораздо больше территории, чем предполагалось планом ООН. Новое государство теперь занимало 78 процентов земель подмандатной Палестины. Лишь после интифады 1987 года палестинское руководство официально признало палестинскую государственность в том виде, в каком ее предполагало решение о разделе, — то есть уступив Израилю те 78 процентов Палестины, на которых он был создан. Согласно условиям этого компромисса, палестинцы соглашались на то, что осталось от плана ООН по разделу Палестины, но при этом настаивали на получении полных 100 процентов от оставшихся 22 процентов территории.
Глава 4. Ацмаут и Накба, 1947–1967 гг.
В 1947 году Организация Объединенных Наций (ООН) наметила новые границы подмандатной территории. Этот план отводил более половины земель, включая плодородные равнины и долины, Ишуву, который на тот момент составлял треть населения. В Палестине день, следующий за голосованием, ознаменовался — что вполне понятно — ликованием евреев и ожесточенными протестами арабов. Когда ситуация переросла в гражданскую войну, международные наблюдатели начали беспокоиться о том, что будет дальше. Дипломатические усилия в ООН по обеспечению реализации этого плана оказались тщетными. Многие делегаты были огорчены отказом Великобритании содействовать осуществлению плана раздела, однако официальная позиция Лондона заключалась в том, что те, кто голосовал за него, должны сами сделать шаг вперед и принять последствия. Тайно же британские чиновники склонялись к тому, чтобы Трансиордания поглотила гористые части предложенного ООН арабского государства в Палестине. Поскольку события выходили из-под контроля на глазах у Великобритании, Соединенные Штаты все больше беспокоились из-за насилия и нестабильности; в марте 1948 года администрация Трумэна отошла от идеи раздела, выступив вместо этого за установление временной международной опеки. Но процесс распада зашел уже слишком далеко.
Боевые действия на местах развернулись на двух фронтах. Во-первых, с ноября 1947 по май 1948 года в Палестине шла гражданская война между Ишувом и палестинским арабским обществом. Во-вторых, после окончательного вывода британских войск 15 мая 1948 года разразилась региональная война между новым государством Израиль и его арабскими соседями. Египет, Трансиордания, Сирия, Ливан и Ирак направили свои экспедиционные силы, в то время как Саудовская Аравия и Йемен также прислали символические контингенты. К моменту подписания соглашений о перемирии в начале-середине 1949 года независимое государство Израиль утвердилось в расширенных границах, охватывавших 78 процентов подмандатной Палестины, включая западную часть Иерусалима (см. иллюстрацию 8). Победа Израиля была провозглашена евреями Войной за независимость (на иврите — мильхемет ха-ацмаут), революционным свержением британского имперского ига и нелегкой победой над арабскими врагами нового государства. Потери Ишува, составившие 6000 погибших, равнялись одному проценту его населения. Убежденные в правоте сионизма и гордые своей оглушительной победой, израильтяне праздновали героический конец многовековых страданий и бессилия в диаспоре. В течение следующих двух десятилетий государство Израиль сосредоточило свое внимание на укреплении экономики, интеграции очередной волны иммигрантов (которая за три года удвоила его еврейское население) и поддержании обороноспособности против воинственных арабских соседей.
Напротив, палестинское арабское общество было практически разрушено, а его население рассеялось по всему региону. В ходе боевых действий около 750 000 палестинцев бежали или были изгнаны из своих домов. Это была невообразимая катастрофа (по-арабски — аль-Накба), ставшая синонимом лишения крова и изгнания с земли предков. Страдания в качестве беженцев задали основной контекст для формирования палестинской национальной идентичности. Лишенные права вернуться в свои дома, палестинские беженцы глубоко возмущались поспешными усилиями Израиля по освоению и заселению их бывших земель, и некоторые боролись, чтобы помешать этому. Однако вплоть до войны 1967 года международное сообщество рассматривало палестинцев скорее как гуманитарную проблему, нежели как самостоятельных политических субъектов.
8. Линии перемирия ООН 1949 года