Вот работа, которой он отдал столько лет, — должность курьера в «Тех Метрополис», крупнейшей в округе сети магазинов электроники. Вот склад, куда он являлся каждое утро, встречался с двумя другими парами водителей и грузчиков, чтобы получить задания на день. Вот Кларенс — бывшая звезда школьного баскетбола ростом под два метра, который управляет отделом доставки; угрюмый долговязый человек, носящий нейлоновые спортивные костюмы и кеды «Конверс» с высоким голенищем в любую погоду — словно боясь иначе забыть, каким спортивным вундеркиндом когда-то был, и давая миру понять, что в любой момент готов по призыву вернуться на скамейку и снова оказаться в центре внимания. Но все, включая Кларенса — возможно, его больше всех, — знают: этого никогда не случится. Травмы колена и лодыжки давным-давно похоронили мечты о колледже и НБА. Теперь он большую часть дня сидит, втиснувшись в маленькую будку — построенную почти целиком из плексигласа, — где перекладывает бумаги, заполняет бланки и отдаёт приказы водителям и грузчикам через диспетчерское оборудование. Вот другие бригады доставки: Аутло и Бу, и Адам с Блонди. Аутло — тип байкера-стремяшки, который катается на мотоцикле по выходным и поддерживает тело в округлой форме, волосы длинными, бороду неухоженной, а татуировки — антисоциальными. Он отказывается носить что-либо без логотипа Harley-Davidson. Его напарник Бу — невысокий латиноамериканец с бритой головой и маленькими глубоко посаженными глазами. Чуть выше полутора метров, со стройным, но жилистым сложением. Он редко говорит, но когда говорит — это приглушённое бурчание, которое мало кто способен разобрать, кроме Аутло. Адам — темнокожий тридцатилетний мужчина с подтянутой фигурой. Педантично чистый и опрятный, с самым чистым фургоном в их небольшом парке. Волосы коротко подстрижены, рубашки и свитера свежеотглаженные, и его часто принимают за продавца или, может быть, менеджера, а не за грузчика. Все знают, что он так делает намеренно, поскольку планирует однажды стать одним из двух. Никто не возражает. Остальные надеются, что он окажется прав. Его напарница Блонди — единственная женщина в бригаде. Невысокая и мускулистая, с плохой кожей и страстью к нефильтрованным сигаретам «Пэлл Мэлл», своё прозвище получила за короткий пучок перекисного блондина, который, кажется, взрывается из её большой круглой головы. В двадцать лет она была профессиональной рестлершей на независимом ринге. Теперь, уже под сорок, она занимается борьбой с коробками электроники.

А потом есть напарник Дивона. Джеки Шайн выглядит как бедняцкий вариант Джеймса Дина, только лет на тридцать старше оригинала на момент гибели. Он носит куртки-«барракуды» с поднятыми воротниками, обтягивающие джинсы и много геля для волос, которым удерживает густую копну на месте. В уголке рта почти всегда зубочистка, а глаза — прищуренные, но выразительные — чуть разбегаются; они очень грустные, но вместе с тем немного первобытные, как у тигра, который в любую секунду может обернуться на тебя и разорвать в клочья. Джеки Шайн ходит с явной хромотой — неровной походкой, почти как прыжок, потому что его правая нога — протез. Она у него с девятнадцати лет: в джунглях Вьетнама он наступил на мину, и настоящую ногу оторвало чуть ниже паха. Джеки Шайн — наркоман и алкоголик. Он жуёт таблетки обезболивающего, как иные жуют мятные конфеты, и непрерывно пьёт виски — то из фляжки, которую держит во внутреннем кармане куртки, то после работы в барах, ресторанах, у себя в квартире — где угодно, где можно выпить.

Никто из них не начинал с намерением работать именно здесь. Никто не мечтал когда-нибудь развозить телевизоры и стереосистемы, компьютеры и офисную мебель. Все они попали сюда случайно — беглецы из других мест, других мечтаний. И хотя это честный труд, он тяжёл и не особо вознаграждается: часы долгие, оплата средняя, смены однообразные.

Пока Дивон проработал там годы, Джеки Шайн — пожалуй, единственный человек на работе, кого он по-настоящему считает другом. Остальные — знакомые, с которыми он иногда ходит выпить после работы или перебрасывается парой слов поутру. Это люди, которых он не знает ни в каком значимом контексте, и всё же — так долго, помимо Уилли и мистера Тиббса, — они единственное, что у него есть.

В тот день, который станет последним рабочим днём Дивона навсегда, он приходит как обычно, встречается с остальными на складе и ждёт заданий. Водитель — тот, кто идёт к стеклянной будке Кларенса за маршрутом, а поскольку за рулём всегда Джеки Шайн, Дивон ждёт у огромной горы товаров, готовых к доставке, — привезённых погрузчиком из складских помещений к погрузочной площадке на больших деревянных поддонах. Получив список отправлений и адреса назначения, бригады загрузят товары в фургоны и отправятся в путь. Он держит по стакану кофе в каждой руке — один для себя, один для Джеки Шайна — и чувствует, как тепло просачивается к ладоням и пальцам, наблюдая за своим напарником: Аутло и Адам выстроились в одну шеренгу перед будкой Кларенса, как непослушные дети, вызванные в кабинет директора.

Никто из них понятия не имеет, что произойдёт через несколько коротких часов.