— Да, потому что ты здесь лишний. Ты сделал свой выбор. Миранда ждёт тебя в зале. Так не пытайся сидеть на двух стульях: танцевать с ней, но ограждать меня от якобы неподходящей партии.

— Сидеть на двух стульях? – Скай фыркнул. – Это вообще другое. Я просто желаю тебе добра…

— Ты просто хочешь решать за меня, как в детстве. Но любишь уже совсем по-другому. Так не пытайся контролировать и влезать не в своё дело. Ты изменился. Не мешай мне тоже, наконец, меняться.

— Если твоё изменение – это тяга совершать ошибки и выбирать не тех мужчин, у меня для тебя плохие новости, Дакота.

Мне было так гадко, что он говорит обо всём этом в таком самодовольном тоне.

— Я начала выбирать не тех уже в детстве, Аксель.

Он скривился. Кажется, последними словами я смогла ранить. Сунув медальон в карман брюк, Скай резко развернулся и зашагал к выходу. Лишь перед дверью он остановился и добавил тише:

— Прости, что не могу любить тебя так, как ты того хочешь и заслуживаешь.

На секунду показалось, что моя грудная клетка состоит из стекла, и от этих слов по ним поползла длинная трещина. Будто все ребра сейчас попросту расколются и рассыпятся.

— Не надо говорить подобные слова. Это каждый раз больно и… унизительно.

Скай больше ничего не сказал. Он вышел в шумный коридор, закрыв за собой дверь. Я же сжала ключ в кулаке. Казалось, он обжигал кожу, как если бы я сжимала разгоряченный уголь.

Хватит.

Надоело уже страдать.

Я резко развернулась и пошла к балконной двери. Она была приоткрыта, потому я в одно мгновение оказалась на холодном свежем воздухе. Несколько уверенных шагов, широкий размах и… я попросту выбросила медальон в темноту королевского сада. Чтобы похоронить символ моей никому ненужной любви под толщей здешнего снега.

Вдох. Выдох.

На глаза выступили слезы. Я уже хотела поплакать над своей потерей в последний раз, чтобы наконец отпустить. Но вдруг рядом раздался голос:

— Не и мерзавец он, этот Аксель…

И то была совсем не Тёмная Леди. На балконе всё это время кто-то стоял и подслушивал.

Глава 14. Ты говоришь о предателе...

Я обернулась и заметила, что в углу балкона, возле стены, чтобы её точно нельзя было увидеть изнутри, стоит Илона, мать Миранды.

— Госпожа Хейл? Что… что вы здесь делаете?

Мне моментально стало неловко от всей той сцены, которая произошла. Этот жест с выброшенным медальоном... он был мне нужен, но я понимала, насколько инфантильно и нелепо это выглядит со стороны. Хотя учитывая высказывание аристократки, она скорее на моей стороне.

— Ушла, чтобы ненадолго спрятаться от мужа. У женщины должны быть свои секреты, – она взмахнула ладонью рядом с собой. Во все стороны разошёлся дым, и я ощутила запах табака. Однако от улик преступления прекрасная леди в красном вечернем платье успела избавиться.

Илона улыбнулась, я постаралась улыбнуться в ответ. Она подошла ближе, и теперь мы обе стояли у перил, смотря на ночную пелену зимнего сада.

— Я не хотела подслушивать. Так вышло. А выходить посреди столь чувственного диалога было уже некрасиво.

— Я понимаю.

На секунду воцарилась неловкая тишина. Я смотрела вниз, пытаясь найти сугроб, куда упал мой медальон.

— Я сочувствую тебе, Дакота. Во всей этой ситуации я полностью на твоей стороне, – неожиданно произнесла госпожа Хейл с неоправданной строгостью.

— На моей? – я не скрывала изумления. – А как же Миранда?

— Одно другого не исключает. Скажу тебе честно, я бы очень хотела, чтобы моя дочь уже открыла глаза. Лучше бы она бросила этого мерзавца, когда поняла всю ситуацию. Если выбирать между отношениями с ним и дружбой с тобой… по-моему, выбор очевиден.

Возможно, Илона думала, что эти слова прозвучат лучше любой поддержки. Но мне не нравилось то пренебрежение, с каким она говорит о Скае. Мне казалось, она хорошая женщина. Хоть и виделись мы с ней всего пару раз, и всё же она не создала впечатление злой стервы. А значит, тут дело не просто в прихоти «этот выбор мне не нравится». Если подумать, она была недовольна Акси ещё до того, как узнала о нашем «любовном треугольнике».

— Почему вы так говорите о нём?

— Об Акселе?

— Ну да.

— Он… я думаю, что он не достоин ни тебя, ни Миранду. И я не понимаю, почему вы обе так вцепились в этого проходимца.

— Вы так говорите, потому что он беден? – спросила в лоб.

— Что? Нет! Как ты могла о таком подумать? Я совсем не из тех матерей, которые крутят носом от выбора дочери, лишь потому что «он нам не подходит по статусу».

— Тогда в чём дело?

— Он даже с виду создаёт впечатление ненадежного и проблемного парня. Ты знаешь, что Мире пришлось рисковать своей жизнью, чтобы вытащить его из какой-то знатной дыры? Он связался с жуткими людьми, а моя девочка влезла в неприятности, чтобы ему помочь. Хорошо, что всего этого не знает мой муж. Иначе бы он Акселя даже на метр к Миранде не подпустил.

Связался не с теми людьми? Я была почти уверена, что всё не так скверно, как Илона думает. Наверняка, у всего есть причины.