Я потянула документ на себя, чуть не перевалившись через стол к Эрсиану, вытянула шею и нашла нужный пункт, ткнула пальцем.

– Да, вот тут мое выступление в вестнике Паскуила Соколика. Там я чистосердечно признаюсь, что сама была плохой женой. Ушла в работу и полностью отдалась министерской службе. Не соблюдала баланс и не уделяла тебе внимания.  

– И что тут неправда? – придирчиво спросил Эрсиан. – Жена из тебя никакая.

 – Это потому что брак был фиктивный, если ты помнишь, – огрызнулась я, – но мы должны притворяться, что все было по-настоящему, как…

Я поискала подходящее сравнение для убедительности. Но он закончил за меня странным глухим тоном:

– Как наш прощальный поцелуй. Уж тогда ты точно была настоящая, Сиандра.

– Это вообще не по делу! – быстро отбила я удар. – И ничего не значило.

Поцелуй. То, что я пытаюсь забыть все эти годы.

Успешно! Я забыла! Но сейчас как-то сразу все вспомнилось.

***

Я тогда уже была министром. Самым молодым в истории Гароквилса. И не потому, что меня кто-то на эту должность протащил. Эрсиан представил меня королю, дав возможность показать свои способности в министерстве. Дальше я справилась. Но конечно, чувствовала благодарность и к фиктивному мужу, и к королю.

В тот вечер Эрсиан узнал, что дочь Теодороса Анджойса, Элоисия Раллист, ожидает ребенка. Об этом официально объявил ее счастливый муж.

Эрсиан пригласил меня в свой кабинет и торжественно разложил передо мной документы.

– Вот оно, – гордо сказал он, – прошение о расторжении брака по взаимному согласию. Каждый останется при своем, как мы и договорились ранее.

– Поздравляю, – улыбнулась я, – это было отличное сотрудничество. Оба получили, что было нужно.

– О, да! – с чувством протянул Эрсиан. А потом внезапно предложил:

– Не хочешь продолжить?

– Продолжить что? – не поняла я.

– Наш брак, – как ни в чем ни бывало сказал он, – это удобно. На меня не будут охотиться девицы на выданье, а ты сохранишь статус замужней придворной. 

– Да он мне сейчас без особой надобности, – пожала я плечами, – мое положение достаточно прочное. 

– Это да, – согласился Эрсиан, – но подумай все равно. Чем тебе мешает этот брак? Или ты надеешься встретить любовь, завести страстный роман и выйти замуж по-настоящему? Нарожать детишек от милого и приличного графа или барона?

Он говорил об этом с такой иронией, будто у меня всего перечисленного точно быть не могло! 

– В жизни еще и не такое случается, Эрсиан, – спокойно ответила я, – но чтобы появилось нечто новое, надо расчистить место от хлама.

– Вот как, – взгляд голубых глаз стал тяжелым, – место расчистить. От хлама. Значит, подумала?

Я кивнула.

– Благодарю за прекрасный партнерский опыт, Эрсиан, но мне пора в свою собственную жизнь. 

– Отлично, – он усмехнулся и поставил подпись на двух экземплярах, – теперь ты.

Я развернула документы к себе. Перечитывать не стала: мы это прошение составили заранее, еще до оформления свадьбы. Так что прекрасно знала, что там. Просто пробежалась взглядом, чтобы убедиться – бумаги те же самые.

Расписалась и положила писарчик рядом с прошением, прислушиваясь к себе. Это окончание одного этапа и начало нового. Я буду жить в собственном доме… в то время его только начинали проектировать, но я была уверена, что все получится. А на время строительства арендую апартаменты.

– Вот и все, – мягко сказал Эрсиан, – я благодарен тебе, Сиандра, за эти два года.

– Взаимно, – улыбнулась я, чувствуя нечто похожее на утрату. Глупо и смешно. 

– Завтра я подам в главную канцелярию документы, проблем не будет, – он убрал бумаги в папку, – а сегодня предлагаю отметить удачное завершение дела.

Я согласилась. Вечером в малой гостиной был накрыт стол, в полумраке горели свечи, я оделась просто, и волосы распускать не стала. Но вместо привычного строгого закрытого платья решила выйти в наряде, показывающем плечи. И Эрсиан с интересом на них уставился, будто не догадывался, что у меня есть ключицы.

– Я ведь так и не узнал тебя толком за эти годы, Сиандра, – сказал он, – может, расскажешь, какая ты на самом деле?

– Не стоит начинать вот так, под занавес, – я пригубила из бокала, – останемся друг для друга приятными соседями, каждый со своей историей, скрытой за дверью комнаты.

– Приятными? – фыркнул Эрсиан. – С твоим-то характером и надменными взглядами по утрам? 

– Чем плохи мои утренние взгляды? – почти оскорбилась я.

– В сущности, ничем, – улыбнулся почти бывший фиктивный муж, – они на меня действовали похлеще крепчайшего коффеса. Знаешь, что хорошо? Министры и советники перестанут смотреть волком, когда мы разведемся. А то ореол мужа страшного королевского министра еще как давит на череп!