— Да какие там сквернодейства и пьяные соития? Что ты?! — ужаснулся Родовид. — Не было ничего подобного! — На этих словах он даже рукой отсёк. — Была любовь юношеская, которая не думает о последствиях. Уж как-то так вышло, что за дружбой да играми... А понесла Велислава. Было ей двенадцать лет отроду, сама ещё ребёнок. И от кого точно — мы так и не узнали. Она не сказала. А мне что было делать? Положить её на порог и пороть брюхатую, пока имя не скажет?

— Что же это — не знали, с кем дочь старосты дружит? А если обидел кто?

— Велислава родилась в плодовитое время, детворы тогда было очень много. Маковка ещё не сгорела, от неё ребятня к нам играть ходила. Дети сворой по селу бегали. А вот ежели обидел бы кто — так это мы узнали бы всё и сразу, — ухмыльнулся Родовид. — Такой у Велиславы норов.

Дочь старосты понесла, и никто не знает от кого? Яре верилось с трудом. Или Родовид прекрасно знал «виновника», или, в жизни всё бывает, сам им был. Яре хотелось верить в лучшее, да и Родовид не производил впечатление мужчины, способного на такое...

— Ладно, ну молодая была — что с того-то? Не она первая и не она последняя. Уж прости, Родовид.

— Да что уж там... — махнул рукой мужчина. — Как Рада младенцем была, Велислава не хотела ни заботиться о ней, ни к груди прикладывать. Нянька, конечно, делала что могла. Другой раз и заставляла — что делать было. Порою Велислава обижала дитя: била её, ещё совсем хрупкую, и сильно; наказывала строже, чем положено. Я со своей стороны пытался повлиять на неё, да только без толку всё. Велислава винила Раду в том, что жизнь её так сложилась. Мол, не было бы девочки, так и не узнал бы никто ничего, и жизнь бы своим чередом пошла. И зло это, обиду свою, она по сей день в себе несёт.

— И ты решил, что Велислава перестаралась, случайно убила девочку, а потом сожгла, чтобы это скрыть, и обернула всё так, будто та в лес убежала играть да там осталась... — закончила за Родовида Яра.

— В общем... как-то так, да.

— Я бы тоже так подумала... — задумчиво произнесла Яра.

Её взгляд упёрся в гладь речной воды. Постепенно начинали опускаться ранние октябрьские сумерки. Воду волновал холодный ветер. Яра слегка поёжилась, но скорее от тягостных мыслей, чем от холода.

— А отчего же не подумала? — Родовида раздражали задумчивые паузы.

— Оттого, что странно всё. Так обычно не бывает. Не должно так быть.

Яра ещё раз рассказала Родовиду про видения у останков, а также пересказала свои ночные кошмары. Родовид внимательно выслушал её.

— Послушай, Яра, но если это не Велислава — тогда кто мог убить Раду? Кому мешала девочка восьми лет, на моём иждивении?

— Ума не приложу. Может, ты насолил кому? — пожала плечами Яра.

— Я, конечно, не белый зайчик, Яра, но чтоб настолько... — Родовид растерянно развёл руки в стороны.

В этот момент Яра ощутила, как в воздухе появился едва уловимый запах болотной тины. Её взгляд привлёк маленький светящийся огонёк, который мягко скользил над речной гладью. К тому моменту значительно потемнело, и плывущий над водой огонёк был ярко и далеко виден.

Родовид, заметив, куда смотрит Яра, тоже уставился на скользящую по воздуху точку света.

— Не понял, — он удивлённо поднял бровь. — Я бы сказал — светлячок, только не май месяц.

— А я бы сказала — болотный огонёк, только мы не на болотах.

"Светлячок" проплыл мимо Яры с Родовидом. Он плыл медленно, будто присматривался к ним, а потом — растворился в темноте. Не исчез, нет, стал частью ночи, оставив после себя лёгкий едкий запах гнилой воды.

На мгновение Яра ощутила подкатывающий зов. Будто сейчас, ещё миг, и её накроет волна, сердце будет биться сильно и часто, дыхание станет глубоким, а ноги сами понесут куда-то... Но волна не накрыла. Подкатывающий зов схлынул так же внезапно, как и появился.

— Во дела... — недоумённо растянула слова Яра. Её правая бровь взметнулась вверх, а взгляд, пометавшись по сторонам, остановился на лице Родовида. — И так тоже обычно не бывает. Что-то много происходит так, как обычно не бывает, да? — На этих словах она лукаво заглянула через глаза Родовида в самую его душу.

— Да, — только и смог подтвердить он.

— Завтра я приду с Велиславой поговорить. Кстати, где она?

— В комнате сидит. Закрыл я её пока — побоялся, что руки на себя наложит или убежит.

— Руки наложит? А что, подобное было?

— Нет, но я слышал...

— Понятно! — громко перебила Яра. — Ладно, пусть до завтра посидит. Там и решим.

С этим Родовид и Яра разошлись. Яра побрела домой. Прохладная погода бодрила мысли. Она твёрдо решила выпить сегодня сонную микстуру и любой ценой поспать без снов, дав себе ночь покоя. Завтра предстоял разговор с Велиславой, и он обещал быть непростым. Помимо этого, нужно было сходить на болота и посмотреть, не найдётся ли там объяснение чему.

Глава 4