— Отпусти меня, Светозар, разорви связь.

— Как ты поняла, что делать и что говорить?

— Просто сделала то, что мне подсказала сила. И сказала то, что пришло на ум.

— И ты никогда не делала этого раньше? — тон Светозара был строгим и подозрительным, но Яра оставалась спокойной.

— Нет, никогда прежде.

Он разжал её плечо и высвободил свой локоть. Золотые нити исчезли, пламя под ногами погасло. И только глаза обоих ещё были наполнены силой.

— Иногда мне кажется, ты знаешь больше, чем говоришь, — уже ровно сказал Светозар.

— У меня было достаточно времени наедине со своей силой, чтобы мы хорошо узнали друг друга.

Они шли по тропе, разговаривая. Ветер стих, но холод не отпускал. Яра поправила платок и спросила:

— Интересно, ты не похож на сироту. Ты явно вырос под крылом, в семье. Но ты хорошо обучен, умеешь читать, скорее всего, писать, хорошо владеешь своим даром. У тебя же был наставник?

Светозар усмехнулся:

— О, да-а-а-а. Мой дядька Видагор. Жуткий опиец, трезвым его вообще не помню. Жил он с нами, батюшка его одного не оставлял, говорил, того и гляди угорит от медовухи. А ему хоть бы хны! Вечером вдрызг, а наутро как с гуся вода. И людей так же лечил, не просыхая. Но за дар его всегда уважали, и хоть матушка с батюшкой всех просили не потчевать, а люди всё равно в благодарность наливали и жалели его.

— И тем не менее, он хорошо обучил тебя!

— Да, знания свои передал и помер вскорости. Помню, как он сказал, мол, я всё, что хотел, выполнил, вот тебе ключ от моего погреба, там книги, свитки, всё забери. Пошёл я спать. И ушёл. Больше не проснулся. Видать, чувствовал. — Светозар пожал плечами. — А как же так вышло, что ты с ведьмой в лесу жила? Расскажи.

— Да как... Я родом из Маковки, что сгорела. У нас бабка померла, да странно как-то. Нашли её мёртвую, а на голове лавка. Все решили, что она лавку себе на голову перевернула, много ли нужно старой немощной бабушке. Только я возьми да ляпни, что нет, это ей сын голову проломил. Так все и узнали, что в деревне родилась костянка. А сынок потом ночью влез в сени, где я по жаре спала, и попытался придушить меня. Мать испугалась и повела меня к лесной ведьме, которую знала. Это мне было лет пять или шесть, не помню уже точно. С тех пор я жила у неё.

— А мать не навещала тебя?

— У моей матери было девять детей, а может, и ещё рожала. Я думаю, она в какой-то степени была рада, что меня пристроила. Ведьма была хорошей женщиной. Строгой в обучении, но ласковой и доброй по характеру. Она меня очень любила и называла внучкой. Баловала меня, покупала на базарах дорогие вещи и украшения, сладости. С матерью я ничего подобного не видела. Но когда дело касалось навыков, она из любящей бабушки превращалась в строгую требовательную наставницу, какую ещё надо было поискать.

— Ну да. Ночёвки на кладбище только чего стоят...

— Ой, это ерунда. Вот когда выяснилось, что ведьмой полноценной мне не стать и я всего лишь ведающая, могу только кости читать, да с висельниками байки травить... Она мне припоминала это каждый день. Что я не ведьма, а лишь полведьмы!

Светозар передёрнул плечами.

Разговор складывался легко — вспоминали смешные случаи. Светозар рассказывал о своём первом очищении, Яра — как училась у наставницы. Постепенно тропа стала шире, и впереди показалась сторожка.

Когда они подошли к крыльцу, луна уже склонилась к горизонту. Глухая полночь осталась позади.

— Уже крепко за середину ночи, — констатировала Яра, осматривая тёмные окна. — Похоже, внутри никого нет.

Светозар толкнул дверь:

— Тем лучше. Будем ночевать спокойно, надеюсь, у тебя остался огарок свечки.

Яра на секунду задержалась на пороге, оглянувшись. Лес стоял неподвижный и тихий.

— Идём, — позвал Светозар изнутри. — Встать нужно рано.

Она переступила порог, закрыв дверь. Последнее, что она увидела перед тем, как оказаться в темноте, — бледный лунный свет на пороге. На мгновение ей показалось, что тень мелькнула между деревьями, но, присмотревшись, она различила лишь колеблющиеся от ветра ветви.

Глава 12

Ворона влетела в окно с громким хлопком крыльев, будто кто-то швырнул её внутрь. Окно распахнулось само — Яра точно помнила, что закрывала его.

Птица села на стол, прямо между ними, и прокаркала три раза. Резко, как удары топора по дереву. Яра вздрогнула, ещё не вполне проснувшись.

— Полдень, — хрипло сказал Светозар, щурясь от света. Он выглядел совсем разбитым, будто не спал вовсе.

Яра кивнула. Тело ныло, а в висках пульсировала знакомая тяжесть — последствия вчерашнего. Грибы с глазами, вспышка её силы, странное слияние их магии…

Ворона склонила голову набок и уставилась на неё чёрной бусиной глаза.

— Нужно выгнать её, — пробормотал Светозар, потирая переносицу.