Из темноты проступали очертания могил. Они подходили к кладбищу — молчаливые, каждый со своими мыслями, но теперь связанные чем-то большим, чем общий путь. Луна, выглянув из-за туч, озарила их фигуры, и на миг показалось, будто тени идут рука об руку. Где-то за чертой старых крестов уже ждала другая дорога — к болотам, к ведьме, к испытаниям, которые ни один из них пока не мог себе представить.

Глава 10

Глухая ночь. Луна освещала покосившиеся старые могильные камни и насыпи. Воздух густой, пропитанный запахом листвы и сырой земли. Духи шевелились в темноте, выглядывая из-за камней. Их шёпот сливался с ветром:

— Кости-кости-кости, а где плоть? Где плоть?..

— Вы пришли земле отдать или у неё взять?

Светозар бросил взгляд на Яру. «Она же тоже это слышит?» Яра спокойно шла по кладбищу, её лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Казалось, будто она идёт не по ночному кладбищу, а по базарной площади в солнечный день. Светозар сосредоточился на ней из любопытства, но нашёл лишь подтверждение тому, что она совершенно спокойна. Сердце бьётся ровно, дышит легко. Похоже, костянка на кладбище ночью — как рыба в воде.

— Ты ранее бывала на кладбище по ночам? Мне вот как-то не приходилось... — Он поёжился, но скорее от царившей атмосферы, чем от холода.

— Хм… Ты серьёзно? — усмехнулась Яра. — Лет в девятнадцать я на нём спала под завывания неупокоенных.

— Да ладно, — отмахнулся Светозар, но тут же нахмурился, понимая, что она не шутит. — Зачем?

— Моя наставница сказала, что я реагирую на мертвецов как деревенская девка, а не как ведающая. Мне нужно было к ним привыкнуть.

— Жестоко. Ну и как? Привыкла?

Яра медленно повернулась к нему.

— Ну знаешь… Тебя будит стригой, требующий «вернуть его плащ», и начинает пересказывать всю свою жизнь... И как только ты отделываешься от него и думаешь: «Я наконец посплю», — возникает чья-то однорукая мамаша, потерявшая своё дитятко. К слову, рука волочилась за ней на верёвке. После мамаши — какая-то собака с половиной головы, жаждущая ласки, потом кто-то, кто вообще не понял, где оказался, а под утро...

Светозар оборвал её на полуслове.

— Я думаю, можно не продолжать. Этого вполне достаточно. А стригой в плаще мне даже понравился, — засмеялся Светозар.

— Тогда я ещё не понимала силу своих слов, со злости сказала, что отдам, когда в Нави встретимся. Больше не беспокоил. Боюсь, так и ждёт там, — в ответ засмеялась Яра. — Если придётся меня хоронить, положи мне лишний плащ в могилу.

Духи затихли на секунду, будто оценивая её ответ. Потом порыв ветра снова поднял их шёпот.

— Пойдём, — сказала Яра, шагая вглубь кладбища. — Мёртвые могут долго ждать, а вот мы — нет. Нам предстоит обратный путь.

Наконец они увидели перед собой два холмика — один с резным камнем, другой поменьше, без надписи.

Яра провела ладонью над второй насыпью — она явно пуста.

«Кому понадобилось засыпать пустую могилу?» — мелькнуло у неё в голове.

Взгляд скользнул к Светозару, склонившемуся над камнем Зоряны. Всё становится ясно.

«Вот это любовь...» — проносится в мыслях Яры, и где-то глубоко внутри зашевелилось что-то тёплое и горькое одновременно.

Светозар молча склонился над камнем Зоряны, обтёр его ладонями, будто гладил спящую возлюбленную.

— Тихомира нужно к Зоряне положить, — сказал он, доставая мешок с костями.

И вдруг Светозар вскочил, будто обжёгся.

— Как я мог об этом не подумать?! Чем же я закопаю? Я ничего с собой не взял. Какой же я дурак! — Он с силой сжал голову в руках, продолжая ругать себя.

Яра посмотрела на него, потом на пустую могилу.

— Ладно, — вздохнула она. — Я могу помочь.

Она взяла мешок с останками и стала аккуратно выкладывать кости Тихомира на насыпь. Светозар подошёл к ней: одной рукой он придерживал мешок, другой тоже доставал кости. Вместе они быстро закончили.

Яра опустилась на колени, вытянула вперёд левую руку, закрыла глаза и тихо заговорила:

«Земля-мать, возьми кости, душу упокой. Из тебя вышли — к тебе вернулись».

В это мгновение земля поглотила кости Тихомира. Тихо, бесшумно.

— Готово, — открыв глаза, сказала Яра, вытирая руки об юбку, будто закапывала их сама.

Они стояли у могилы, ставшей теперь последним пристанищем и Зоряны, и Тихомира. Вся жизнь Светозара, всё самое дорогое покоилось в этой земле. Казалось, ему не хотелось уходить, хотелось остаться здесь с ними.

Яра искоса взглянула на него. Светозар казался совершенно раздавленным горем, его плечи сгорбились под невидимой тяжестью. «Сможет ли он помочь с ведьмой в таком состоянии?» — промелькнуло у неё в голове.

Как будто услышав её мысли, Светозар вдруг выпрямился. Мышцы напряглись, расправляя сгорбленную спину. Широкие плечи вновь стали ровными. Он поднял голову, и его взгляд, твёрдый и решительный, устремился вдаль, туда, где их ждала дорога.

Эта перемена не ускользнула от взгляда Яры. Ей захотелось взять его за руку и зашипеть: «Прочь из моей головы!!!» — но она передумала, потому что в конце концов он просто мог позволить себе момент слабости, как раз перед тем, как нужно идти вперёд.