Когда воздух вернулся в лёгкие, их глаза ещё наполняла сила.

— Как ты это сделал? — отпрянула Яра.

— Я хотел спросить то же самое у тебя!

— Какого... какого Лешего, Светозар? Я... я слышу, как бьётся твоё сердце. Что это??? — ошалело почти кричала Яра.

— А я чувствую всё, что чувствуешь ты, и глубину твоей связи с Навью. Нам нужно успокоиться и разорвать эту связь, я так долго не смогу!

Яра закрыла глаза, развела руки в стороны, ладонями вверх. Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Когда её глаза открылись, чужое сердцебиение прекратило отдаваться в голове. Дыхание выровнялось, руки перестали дрожать. Она снова обрела себя.

Светозар скрестил руки на груди ладонями вниз, закрыл глаза. Он нашёл внутри свою точку спокойствия, точку душевного равновесия, сосредоточился на ней. Он представил, как тепло, спокойствие и безопасность обволакивают его. Сердце стучало ровно, дышалось легко. Он открыл глаза, и мир вокруг снова стал привычным.

— Твоя сила очищения, Светозар, она проникла в меня и жгла изнутри.

— А твоя... Она меня зовёт. Как будто я стою над пропастью, и мне до жути хочется шагнуть.

— Что это было? — нервничала Яра.

— Клянусь, я понятия не имею. Долго думал, что это твои проделки.

— Долго думал? Ты уже чувствовал что-то подобное?

— Там, у колодца, перед тем как появилась Полуденница, но всё было совсем иначе. Сейчас это было как толчок, а в тот момент — как лёгкое прикосновение. И до этого я чувствовал твою усталость или твою злость, не замечал ранее за собой подобного.

— А почему ты ничего мне не сказал? Это... — Яра задохнулась от возмущения. — Это как подсматривать в бане или в окно спальни перед сном, знаешь?!

— Не знаю, как-то не приходилось, меня сразу звали в баню и в спальню, — ухмыльнулся Светозар.

Яра сжала кулаки и зарычала от злости. Даже когда связь прервалась, Яра чувствовала лёгкое жжение под кожей. А Светозар, глядя на неё, ощущал всё, что чувствовала она.

— Ладно, пойдём, куда собирались. От того, что будем стоять на месте, всё равно ничего не узнаем.

Яра и Светозар вышли во двор. Вечерний воздух уколол кожу ледяными иглами. Луна, хоть и неполная, лила на землю холодный свет, превращая дорогу в серебристую ленту.

Они шли молча. Где-то впереди плотной стеной чернел лес. С каждой минутой деревья становились чётче, массивнее. Воздух густел, пропитываясь запахом хвои и прелой листвы.

Под ногами хрустел подмёрзший мох. Яра шла чуть быстрее, словно торопилась убежать от того, что произошло в доме. Светозар держал дистанцию, но его шаги звучали чётко — тяжело, мерно. Он не стал говорить, но теперь он мог чувствовать Яру по своему желанию. Стоило ему подумать о ней, мысленно обратиться к ней, как он чувствовал каждый её вздох, каждое напряжение в плечах. Яра же пыталась побороть своё смятение и смущение от произошедшего и сосредоточиться полностью на поиске останков Тихомира.

Лес встретил их тишиной. Даже ветер стих, будто затаив дыхание. Только старые ели изредка потрескивали, оседая под тяжестью собственных ветвей.

— Здесь? — спросила Яра, останавливаясь у первых стволов.

— Да, в эту сторону, — Светозар кивнул в чащу. — Там, дальше, две поляны с огромными ягодными кустами, туда часто вся деревня ходит, путь хорошо знакомый. Ума не приложу, как он мог пропасть там.

Из груди Светозара вырвался глубокий, наполненный горечью, вздох.

Яра повернулась лицом к лесу. Закрыла глаза, развела руки в стороны ладонями вверх. Она глубоко вдохнула воздух через нос, задержала дыхание на несколько мгновений и выдохнула. «Тихомир, где ты? Я пришла за тобой», — позвала мысленно Яра.

Когда её веки медленно раскрылись, в глазах уже танцевали синие блики. Сердце с силой ломилось из груди куда-то вперёд, пропуская удары. Дыхание было порывистым, глубоким, частым. Ноги были готовы нести её. Яра чуяла зов.

— Я нашла. Не отставай, не то сам потеряешься, — бросила через плечо на ходу Яра и тут же нырнула между деревьями.

«Ох, Яра, хотел бы, да не смогу теперь. Будь ты иглой в стоге сена, я тебя и там найду», — пронеслось в голове Светозара.

Яра шла напрямую через лес. Как всегда, влекомая зовом, она не разбирала дороги. И даже здешний лес пропускал её: ветки расступались, травы расползались, кусты расходились. Яру обучала лесная ведьма, хорошая, светлая, которая любила природу, уважала её. Она передала это уважение Яре, научила её говорить с природой, с лесами, с родной землёй. Научила, как просить помощи, защиты.

И всё же лес лесу рознь. Всё как у людей. Разный лес — разный характер. Дедов лес, в котором Яра выросла, охотно встречал и принимал её. Ягодный бор, по которому она двигалась сейчас, не боролся с ней, не мешал, но и помощи от него большой не было. «Пропускаешь — и на том спасибо тебе, лесушка», — подумала Яра.