— А за жизнь и здоровье хорошо платят, как я посмотрю. Побольше, чем за останки и похороны, — Яра ткнула Светозара в бок, и её голос выдал, что она снова лукаво улыбается.

— Заходи, — Светозар толкнул калитку, которая отворилась с характерным скрипом. — Отдохнём, а там решим, когда пойдём...

Он не договорил, но Яра понимающе кивнула. Впереди их ждал лес, останки и разговор, который больше нельзя было откладывать.

Калитка открылась в просторный, ухоженный двор. Слева стояла добротная баня с коньками на крыше, справа — дровяник, аккуратно сложенные поленья прикрыты берестой от дождя.

Прямо перед ними — двухэтажный сруб с широким крыльцом. Под навесом висели связки сушёных трав, пахло душицей и чабрецом. У стены дома — деревянная скамья, вытертая до блеска, явно часто используемая.

Во дворе было пусто, но в доме кто-то был — свежие следы на утоптанной земле, чисто подметённый порог, дымок из печной трубы.

«Кто-то поддерживает дом в порядке», — мелькнуло у Яры.

Светозар толкнул массивную дубовую дверь, пропуская её вперёд. Яра переступила порог.

Просторная горница встречала теплом и домашними запахами. Слева — массивная печь с лежанкой, справа — дубовый стол, заваленный склянками, сушёными травами и свитками пергамента. На полках — аккуратные ряды глиняных горшков.

У стены — кованый сундук с затейливыми узорами, рядом — резное кресло с овчиной. На полу — домотканые половики, потёртые, но чистые.

Над столом висела медная лампа, отбрасывающая тёплый свет на стены, где между пучками трав виднелись детские рисунки — явно сохранившиеся со времён Тихомира.

«Чисто, уютно, но чувствуется — живёт здесь один», — отметила про себя Яра.

Светозар сбросил мешок на лавку.

Из глубины дома, со второго этажа, донесся женский голос:

— Нет его! Ушёл по делам в соседнюю деревню. Когда вернётся — не знаю.

Яра вопросительно посмотрела на Светозара. Он крикнул в сторону голоса:

— Я вернулся! — затем пояснил Яре: — Моя сестра Дарина. Присматривает за домом в моё отсутствие.

Сверху раздались торопливые шаги. На лестнице появилась женщина — чуть бледная кожа и тёмные волосы, карие глаза, что и у Светозара. Крупная, сильная, в простом льняном платье с цветастым кушаком в пятнах.

Увидев Яру в капюшоне, она замерла на середине лестницы, крепче ухватившись за перила.

— Свет, ты женщину в дом привёл? — в её голосе смешались удивление и настороженность.

— Это Яра Вольная. Костянка из Дедова леса, — представил Светозар.

— Костянка? — Дарина непроизвольно отступила на ступеньку выше. — Ведьма, значит... — прошептала она, затем, не подумав, добавила шёпотом: — Свет, а обычной женщины, как Зоряна, не нашлось?

Тут же она сжалась, прижав ладонь ко рту. Щёки её вспыхнули румянцем.

Светозар побледнел. Челюсти напряглись, на скулах выступили жёсткие линии.

— Прости, не подумала... — заторопилась Дарина.

— Такой, как Зоряна, больше не будет, — глухо и тихо ответил он. Его пальцы впились в край стола, побелев в суставах. — Яра здесь по делу, она поможет найти останки Тихомира.

Яра старательно делала вид, что ничего не слышит, и с интересом изучала лавку и содержимое своей же сумки. Она никому не рассказывала об этом, но шёпоты она слышала куда лучше и яснее, чем порой обыкновенную речь. Что будет, если однажды люди узнают, сколько тайн слышала Яра?

Дарина поспешно стала собирать разложенные вещи, движения её были резкими, нервными.

— Ладно... Найдёте Тихомира — схороните. Чтобы ты наконец успокоился, — сказала она, стараясь говорить мягче.

На прощание она взглянула на Яру — взгляд скользнул между недоверием и любопытством. Попытка улыбнуться получилась неестественной, натянутой.

Яра знала, что капюшон скрывал её лицо, и могла позволить себе в своё удовольствие рассматривать Дарину. Похоже, сестру не коснулся дар очищения — её глаза, хоть и были очень похожи цветом на глаза Светозара, всё же другие. Более тёмные и плоские. Казалось, что там не было места золотым искрам.

Лишь когда дверь за Дариной закрылась, ткань капюшона дрогнула — Яра наконец выдохнула.

Светозар одним движением сгрёб со стола склянки и свитки. Стекло звякнуло, пергамент сморщился, сушёные ягоды рассыпались по полу.

Яра медленно сняла капюшон. Её лицо оставалось невозмутимым, только в глубине зелёных глаз мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

В комнате воцарилась тишина, лишь изредка прерываемая отдалёнными звуками с улицы.

— Далеко лес, в который... Тихомир ушёл? — Яра переходила ближе к тому, зачем был проделан такой путь.

— Нет, по левую сторону, если идти от моего дома. Торопишься? — улыбнулся Светозар. Нахлынувшая было скорбь схлынула, и он казался спокойным. — Да, точно, тебя же ждёт ведьма на болотах, — тон его голоса стал более серьёзным.

— Да... — замялась Яра. — И, если честно, с каждой минутой меня тянет обратно всё сильнее. Я чувствую краешком души, как продолжает расти место силы. Терзает меня это.