Правда, высказанная вслух, болезненно кольнула старую, давно зажившую рану. За восемнадцать лет зарубцуется даже самое страшное предательство, но с воспоминаниями возвращалась горечь.

– Ты его любила? – взволнованно спросила Эльси.

– Безумно. До полной слепоты, до нежелания замечать очевидное. Я была на год старше вас, льена Эльсана, только у меня не было ни одного близкого человека, чтобы вмешаться и предостеречь. Поэтому, прошу вас, не повторяйте мою ошибку. Не связывайтесь с недостойными молодыми людьми, не выходите замуж за первого встречного лишь потому, что он красиво ухаживает и произносит громкие слова.

Горло сдавило. Какая длинная для меня тирада!

– А этот человек… – лицо Эльси сделалось непривычно серьёзным. – Он был твоим женихом, Фэн?

– Женихом? – я подавила нервный смешок. – Нет. Он был моим мужем.

Глава 5

За восемнадцать лет Грасор значительно подрос. Новые районы растянулись до самых холмов, на месте зарослей ивняка упирались в небо громадные каменные многоэтажки с башнями-шпилями. Широкие проспекты по шесть, а то и восемь полос ограждали высокие бетонные стены, над которыми нависали мосты для пешеходов. Чтобы въехать в центр, машина нырнула в глубокий тоннель и выскочила уже у здания Верховного суда.

Сердце защемило. Родина – это что-то неизменное, неотделимое от человека. Когда я думала о доме, то вспоминала именно Грасор, прекрасный, золотой и величественный город. Здесь я жила и училась, здесь похоронена тётя Си́на, единственная моя родственница, которая обо мне заботилась. С волнением я смотрела на разросшиеся вязы вдоль улиц, современные автобусы и спешащих по делам грасорцев.

Я могла бы жить в этом городе, в особнячке на площади Искусств, что оставила мне тётя. Окончила бы университет, работала бы непременно в Государственном музее, ходила бы в Большой театр и Императорскую оперу. По выходным гуляла бы в зоопарке и кормила лебедей в знаменитом пруду. И обязательно завела бы пару котов, не диванных лежебок, а диких степных, с кисточками на острых ушах. Передачи об архипелаге я смотрела бы исключительно по визору и восхищалась яркими красками и экзотическими цветами. Потом накопила бы денег и, как всякий уважающий себя кергарец, съездила на Уа-Тао понежиться пару недель в тропическом тепле…

Машина затормозила у парадного входа гостиницы. Я растормошила задремавшую Эльси и вышла. На улице оказалось довольно зябко, гораздо холоднее, нежели в порту, недаром прохожие кутались в пальто и плащи. Водитель помог выгрузить наши чемоданы, пожелал светлого дня, и машина укатила. Впрочем, багаж тут же подхватил швейцар и проводил нас до стойки портье. Сонная Эльси брела нога за ногу, я усадила её в кресло и пошла регистрироваться. Над стойкой висел гигантский визор, портье то и дело косился на экран. Тощий как жердь диктор рассказывал про захват рейсового судна в Скироне. Никаких подробностей, кроме «заложники освобождены, преступники задержаны, следствие ведётся». Проследив мой взгляд, портье сочувственно заметил:

– Ужас, правда? Вот люди страху натерпелись!

Вежливо поддакнув, я протянула паспорт Эльси и доверенность от льены Лаэны. Портье невозмутимо пододвинул переносной сканер, я приложила руку.

«Инго номер двадцать три тысячи сто шестьдесят два. Пол – женский, возраст – тридцать семь лет, место рождения – Ренгор, Кергар. Владелец – льена Лаэна Гилар, Ю-Лао».

Строка информации всё бежала и бежала. Задолженностей по налогам нет. Предостережений нет. Штрафов нет. Жалоб нет. Дата последнего медицинского осмотра – при переходе в статус инго… Портье на окошко сканера не смотрел, деловито заполнял регистрационную форму.

– Ваша хозяйка очень вам доверяет, – он отдал мне документы и карточку-ключ от номера. – Номер пятьсот пятнадцать, пятый этаж, левый лифт.

Чемоданы уже унесли. Я вернулась за Эльси и с огромным удивлением застала её с раскрытым журналом – одним из тех глянцевых изданий, что освещал дворцовую жизнь, светские приёмы, благотворительные аукционы, модные выставки и так далее. Радость от того, что Эльси читает, тем более на кергарском, быстро улетучилась, когда я поняла, что она рассматривает картинки.

– Фэн! – она неприлично ткнула пальцем в разворот. – Ты глянь!

На развороте красовался снимок с официального открытия первого отрезка новой железной дороги через всю империю, из Керло́на в Лунго́р. Её Величество императрица Илáйя перерезала алую ленту, рядом улыбались император и два его брата, двоюродный и троюродный. Как гласила подпись – Андéр Рени́р и…

– Бришар Вело́н, – с выражением зачитала Эльси, – глава Третьей тайной службы Кергара. Фэн, но это же он! Точно он!