Снег в апреле

Только тот, кто по доброй воле

может отказаться от любимого

ради его счастья, действительно

любит всей душой.

Эрих Мария Ремарк

Глава 1

Море отливало тёмным свинцом, яркой южной лазури не было и в помине. Из тумана на горизонте вырастали далёкие дома, все какие-то серые, одинаково безликие, стылые даже на вид. Апрель в Кергáре – практически зима.

– Я замёрзла, – жеманно протянула Э́льси.

«За-амэрсла», – мысленно передразнила я. Сколько ни учи, если желания нет, результат не последует. На языке империи Эльси объяснялась с таким чудовищным акцентом, что понимали её через слово. Обычно стюард в полнейшей растерянности выслушивал льéну, а затем умоляюще смотрел на меня в безмолвной просьбе перевести указания. Я переводила. По сути, кергарский язык и язык Ю-Лáо не так уж сильно отличались. Все языки архипелага являлись ничем иным, как диалектами имперского.

– Фэн, ты слышишь? – капризно повысила голос Эльси. – Мне холодно!

– Могу принести ваше пальто, льена Эльсáна, – ровно произнесла я.

– Принеси! – она нетерпеливо дёрнула плечом. – И новенький шарфик. А по пути зайди в ресторан и возьми мне ананасового сока без льда.

– Через четверть часа мы причаливаем, вряд ли ресторан ещё работает.

– Так зайди и узнай наверняка! – от негодования Эльси перешла на родной язык. – Что за мерзкая манера вечно спорить!

Стоявший к нам спиной льен оглянулся. Раньше я считала выражение «чёртики в глазах» выдумкой бесталанных романистов, но озорные искорки в серых радужках иначе было не назвать. Льен пробежался цепким взглядом по пышному наряду Эльси и моему скромному твидовому костюму. Словно сканер в порту, который просвечивает тебя насквозь, аж мурашки поползли по коже.

Я поспешила уйти с палубы. Собранные с утра чемоданы ждали наготове, пришлось потрошить их в поисках ядовито-розового шарфика. С пальто и шарфом в руках я дошла до ресторана. Двери были закрыты, но на всякий случай я подёргала за ручку. Не потому, что рвалась исполнить каприз Эльси, просто не любила врать. Пальто ограничивало обзор, разворачиваясь, я с кем-то столкнулась, подняла голову и с удивлением обнаружила перед собой льена с палубы.

– Простите, это моя вина, – поспешил он извиниться на диалекте Ю-Лао.

Кергарец, знающий диалекты, – столь же частое явление, как снег на архипелаге. Мягкость голоса не обманула. Сероглазый льен походил на затаившуюся мурену: такой же хищный и расслабленно-спокойный внешне. Вначале я дала ему лет тридцать – тридцать пять, настолько подтянутой была его стройная, поджарая фигура. Однако, присмотревшись, прибавила как минимум десяток. В густых тёмно-русых волосах не было и намёка на седину, гладкую кожу покрывал лёгкий загар, но возраст выдавал ироничный прищур. Тридцатилетние ещё не смотрят так, словно видели в мире если не всё, то очень многое. Худощавое лицо с упрямым подбородком показалось мне смутно знакомым, особенно тонкий породистый нос с еле заметной горбинкой. «Красивый мужчина, – отстранённо подумала я. – Красивый и опасный».

– Ничего страшного, – ответила я на кергарском. – Это моя собственная оплошность.

– Позвольте, я вам помогу, – льен ловко перехватил пальто. – Вы ведь возвращаетесь на палубу к вашей… э-э-э… подопечной?

Подобралась я мгновенно. Неужели и этот туда же?! Разочарование вылилось в сухое «благодарю». Отбирать пальто было смешно, да и бессмысленно: кто мешает льену последовать за мной? За три недели плавания пора бы привыкнуть. Там, где речь идёт о миллионном состоянии, щепетильность отступает в сторону.

Картина на палубе заставила меня зло поджать губы. Разумеется, вокруг Эльси, словно брачующийся гуппи, вился долговязый хлыщ из тех, кто способен лишь проматывать родительские денежки. На Эльси красовался его щегольской малиновый пиджачок, сама она млела от избитых комплиментов, на которые хлыщ не скупился. Я без лишних слов сняла с неё пиджак и протянула владельцу.

– Фэн! – в бешенстве Эльси топнула ногой. – Как ты смеешь!

– Я принесла ваше пальто, льена Эльсана, – невозмутимо отозвалась я. – Вы же не собираетесь надеть его поверх чужой вещи?

В слова «чужая вещь» я постаралась вложить всё своё отношение к любителям лёгкой поживы. Хлыщ живо сообразил, что благоприятный момент упущен, и поспешил улизнуть. Сероглазый льен тем временем с коротким поклоном вручил Эльси пальто. Я полагала, он воспользуется возможностью представиться, но ошиблась. Имени не прозвучало, дежурной любезности тоже. Напротив, льен сразу отошёл в сторону, отвернулся, опёрся о леер и будто бы потерял к происходящему интерес.

– Ты! – сердито процедила Эльси. – Ты всегда всё портишь!

– Да, – подтвердила я. – Если вы сами не понимаете, чего от вас хотят подобные кавалеры, я намерена действовать в соответствии со своим опытом и инструкциями вашей матери. До пансиона вы доедете без довеска в виде незапланированной беременности.