— Хочешь, чтобы я приказал тебе поцеловать меня? — угрожающе интересуется Гельдрик. Я вынуждена шагнуть вперёд и сухо клюнуть его губами в щеку.

— Это не настоящий поцелуй, — хмыкает Гельдрик, отступив назад, — ну да ладно. Если я начну возиться с тобой, Фрейя, то опоздаю на работу. До встречи!

Двери раздвигаются перед ним, и Гельдрик неторопливо спускается с крыльца, оставив меня наедине со своими мыслями. И с одним-единственным вопросом: «Что же теперь делать?»

Глава 8

Готовить на магической плите намного удобнее, чем на электрической. Я очень смутно помню, что такое электричество, но знаю, что в моём родном мире оно заменяло магию. И всё же не до конца, потому что здесь и сейчас, в городе Штельвезен, на окраине драконьего квартала Стейтанн, я пеку настолько румяные и вкусные пирожки, какие мне раньше только снились!

Налюбовавшись горкой пирожков на золотом блюде, возвращаюсь к своим мрачным мыслям. Да, может, в прежней жизни у меня и не было артефактов, зато, в отличие от несчастной Фрейи, я жила, как хотела. Не зависела от прихотей сумасшедшего дракона. Да, работала на кассе — вспомнилось, как наяву, обслуживание гигантской очереди, — обитала в скромной однокомнатной квартирке, ну и что?

Зато никто не издевался надо мной, заставляя носить магический кулон, больше похожий на ошейник!..

— О, так вот где наша Фрейя, — звучит за спиной чистый, воистину хрустальный голос, и я чуть не роняю готовый пирожок. Уложив его на блюдо с помощью деревянной лопаточки, отвечаю сквозь зубы:

— И тебе доброго дня.

Аурелис грациозно проскальзывает в кухню, подходит ближе. На достойной дракайне надето совершенно обтягивающее красное платье длиной до лодыжек. Разрез от бедра, вызывающее декольте… М-да уж, это вам не серая мышь Фрейя с её высокими воротничками и старушечьими юбками!

— Ты неправильно говоришь, полукровка, — Аурелис склоняет голову набок, глядя мне в лицо. Лучи дневного света из окна так и золотят её небрежно распущенные волосы. — Будешь обращаться ко мне на «вы» и «госпожа Аурелис», когда мы вдвоём… или в присутствии Гельдрика. А при гостях вообще помалкивай, пока не спросят. Уяснила?

Я молча киваю и кладу на сковороду ещё несколько заготовок. Вдавливаю пальцем светящийся рубин на корпусе плиты. И жду, пока Аурелис, прихватив с блюда пару горячих пирожков, усаживается за стол.

«Хоть бы ты подавилась, гадина!»

— Знаешь, меня всегда удивляло, почему Гельдрик решил взять тебя в жёны, — Аурелис явно желает побеседовать не о подготовке к свадьбе. — Ты же… Ты, если разобраться, никто. Удобная, тихая, послушная, но такие качества хороши для человеческих жён, а дракону будет скучно с домашней клушей. Но потом, как я увидела тебя, все вопросы отпали. Скажи, Фрейя, ты никогда не встречалась с первой супругой Гельдрика, Ивельнорой?

Вот тут я настораживаюсь, пусть и не забывая при этом следить за пирожками.

— Нет.

— Точь-в-точь копия тебя была! Такая же рыжая, кареглазая, с виду хорошенькая, — Аурелис кривится, облизывает пальцы и тянется за салфеткой, — но характер… У вас только внешнее сходство. Ещё со времён учёбы в школе Тарнсколь я помню, как Гельдрик сходил с ума по Ивельноре. Правда, поженились они сильно позже. Так вот, не будь ты двойником Норы, он бы в твою сторону даже не глянул, полукровка.

— В таком случае, — осторожно подцепляю пирожки лопаточкой и по одному кладу на блюдо, — мне сильно не повезло… госпожа Аурелис.

Это обращение жжёт язык, но артефакт подчинения заставляет меня так говорить.

— Да, тебе не повезло, — медленно тянет Аурелис. Наливает себе чаю из обыкновенного, не летающего чайника и пробует. — Неплохо, но мой вкуснее. И гораздо больше нравится Гельдрику… Знаешь, что ещё я хочу тебе рассказать, копия Ивельноры Фиарден?

По спине пробегают мурашки, когда в ладони Аурелис внезапно появляется фигурка, сотканная из пламени. Очень уж она похожа на меня!

— В глубине души я много лет мечтала выйти за Гельдрика. К сожалению, он обожал Нору — мою подругу, — Аурелис неподвижным взором смотрит на огненную фигурку. — И это длилось до тех пор, пока кое-кто по моему поручению не рассказал ему… о связи Норы с человеком. Пока кое-кто не подделал нужные доказательства.

Я замираю, обернувшись и не сводя с неё глаз.

— А на самом деле…

— Нора вовсе не изменяла Гельдрику, — серебристо смеётся собеседница и хищно сжимает созданную ею фигурку в кулаке. — Чудесно, не правда ли, что вскоре Ивельнора Фиарден исчезла из жизни Гельдрика и перестала быть помехой на моём пути?

Именно в эту минуту я понимаю, что чудовище здесь не только Гельдрик.

— Однако он нашёл замену! — Злоба превращает холёное лицо Аурелис в омерзительную, перекошенную маску. — Тебя! И даже сейчас не желает расставаться с тобой!

Видя, как она взбешена, я собираюсь с духом, чтобы сказать: