— Ты наследник, Тимур! Ты старший Шарданов! Как ты собираешься освещать свой брак в прессе? Не хотите банкет, не надо, но саму церемонию вы обязаны провести достойно. Или тебе жалко денег? Тогда я оплачу, если ты до сих пор на свадьбу не заработал.

Надо сказать, Тимур выслушал эту тираду с достаточно невозмутимым выражением лица. Меня и то больше зацепило, особенно насчет жадности.

— Тимур дал мне безлимитную карту, — заступилась я за его же сына, и Ринат немного смягчился.

— Это хорошо. Раз у тебя есть деньги, сегодня же поедешь в салон за свадебным платьем.

— Так ведь я... — я попыталась возразить, но он меня даже слушать не стал.

— Тимур мне нужен в офисе, он с тобой поехать не сможет.

Мой фиктивный жених откинулся на спинку с явным облегчением. И на мои грозные взгляды-молнии, которые я метала в его сторону, не обращал ни малейшего внимания.

И я его еще жалела! А он меня безжалостно бросил на расправу Ринату и даже бровью не повел.

— Я могу поехать с Аглаей, — неожиданно отозвался Герман с противоположного конца стола. Отец одобрительно взглянул на младшего сына.

— Поезжай. Тебе полезно, — потом перевел взгляд на Анну. — Может, ты тоже поедешь? Аглая скоро станет твоей родственницей.

— Нет, она не поедет, — внезапно резко подал голос Мирон и поднялся из-за стола.

Анна с удивлением посмотрела на мужа, но ничего не сказала. Я сама готова была кричать «Нет», если вдруг она согласится, но Анна молча последовала за мужем.

— Поехали? — глазами указал на дверь Герман.

— Поехали, — кивнула я.

Не могла не признать, после Тимура это была лучшая компания, которую я на данный момент могла себе пожелать.

***

— Это не то, — Герман недовольно мотает головой, — снимай! Давай следующее.

— Ты уверен? Мне кажется, очень даже ничего, — смотрю на него с надеждой, но он настроен решительно.

— Ты в нем как маргиналка.

— Звучит обнадеживающе, — бубню и иду в примерочную.

— А тебе самой какое нравится? — летит вдогонку.

«Никакое» — хочется ответить. Потому что у меня уже была одна свадьба, настоящая. Где я была настоящей невестой, а не фиктивной.

Которая летала как на крыльях. Пусть мне даже не снились такие красивые и дорогие платья, я все равно была самой счастливой на свете.

— Давайте теперь вот это примерим, — консультанты подносят очередной белоснежный шедевр и буквально меня в него упаковывают.

Только когда поднимаю глаза и вижу себя в зеркале, в легких спирает дыхание.

Разве такое может быть?

Это платье очень похоже на мое свадебное. Конечно, отличаются и ткань, и качество пошива, и отделка. Но сам фасон, силуэт почти полностью повторяются.

Я тогда выбирала платье без лишних элементов, где упор делался на крое и ткани. Белый шелк красиво облегал и струился, это уже смотрелось достаточно элегантно. Остальное казалось лишним.

И теперь все повторяется. Такой же фасон, белый шелк и тот же тонкий силуэт.

В полном шоке смотрю на свое отражение, пока девушки ахают, расхваливая меня и платье.

— Вам так идет, Аглая!

— Оно сидит точно по фигуре!

— Как будто сшито точно на заказ!

Одновременно в зале слышатся мужские голоса. Герман с кем-то переговаривается, но я не вслушиваюсь.

Может, зашел кто-то из знакомых, не у одних же у нас с Шардановым свадьба.

Выхожу из примерочной, вопросительно смотрю на Германа. Он сползает по спинке кресла и делает большие глаза.

— Ахренеть! Аглая, ты в нем как принцесса! Может, мне тебя у брата отбить?

У него это получается не пошло, а даже забавно. Или может я стала предвзята к Герману и поэтому больше к нему не придираюсь?

В любом случае лишь снисходительно хмыкаю. И одновременно чувствую на себе обжигающий взгляд.

На автомате оборачиваюсь назад и встречаюсь глазами с бывшим мужем. Даже вздрагиваю от неожиданности.

«Что ты здесь делаешь?» — едва не вырывается из меня, я вовремя торможу. Отворачиваюсь, силясь унять колотящееся сердце и от всей души надеюсь, что никто ничего не заметил.

Но в самом деле, что он здесь делает? Не следил же он за нами с Германом?

Или следил?..

Мирон стоит в дверном проходе, прислонившись плечом к косяку и сложив руки на груди. Он не сводит с меня глаз, и под этим взглядом я чувствую себя не то, что неуютно. Я чувствую себя полностью голой.

Отворачиваюсь, чтобы себя не выдать. Герман не дурачок, он может заметить, что мы как-то не так смотрим друг на друга, а мне это совсем не нужно.

Умерла так умерла.

— Сними его, — вдруг раздается за спиной хриплый голос, — оно тебе не идет.

Разворачиваюсь обратно, натыкаюсь на потемневший взгляд бывшего мужа и, шокированная, застываю.

— Ты чего, Мирон? — возмущенно запрокидывает в его сторону голову младший Шарданов. — Не лезь, куда не просят. Аглае пиздато в этом платье. Сорри!

А это уже мне.