Я могла бы возвести между нами каменную стену с помощью кристаллов, но подобная сила была доступна лишь драконам земли. Они, хоть и владели одной стихией, но были способны подчинять ее себе полностью.

Например, драконы воды могли создавать водопады или замораживать реки, небесные драконы – управлять ветром и молниями, а драконы огня – сжигать целые поля и леса.

Полукровки же владели всеми стихиями, но могли использовать лишь жалкие отголоски этой магии.

Парадоксально, не правда ли?

Воспользовавшись заминкой, я тут же вскочила на ноги, превозмогая боль, а затем, взмахнув руками, направила магию воды в землю.

Почва под ногами Беатрис резко размокла – и она, не удержавшись, с глухим всплеском рухнула прямо в лужу. Затем медленно подняла голову, и все ее лицо оказалось в грязи.

Кто-то в шеренге не сдержал смех, а я ошеломленно застыла.

О, нет…

Кажется, я снова это сделала.

– Я убью тебя, Уайт! – взревела она, впившись в меня яростным взглядом.

И в следующее мгновение все вышло из-под контроля…

9.

Беатрис бросилась на меня.

Я пыталась держаться от нее на расстоянии, создавая перед ней яму за ямой, но она ловко преодолевала их, вынуждая меня отступать все дальше.

– Хватит убегать, дрянь… – процедила она, не сбавляя напора.

Она была сама на себя не похожа: испачканное в грязи лицо искажала ярость, мышцы на руках будто стали еще рельефнее, а движения – резкими, рваными, почти неконтролируемыми.

Я прекрасно понимала: если попаду ей в руки сейчас – от меня мокрого места не останется.

– Остановись и дерись! – не унималась она, наступая все ближе.

Но я не собиралась допускать подобной ошибки.

В какой-то момент она резко развернулась – и в меня снова полетела вспышка огня, на этот раз закрученная потоками воздуха. Пламя было небольшим, но стремительным.

Я едва успела отскочить, с ужасом замечая, как на ткани формы расползается тлеющее пятно.

– Ты, правда, думала, что я тебя не достану? – усмехнулась она.

В следующий миг в воздухе закрутились новые огненные сгустки – плотные, раскаленные, словно пули. Она швыряла их один за другим, сбивая меня с ориентира, пока я уклонялась и из последних сил пыталась удерживать между нами расстояние.

– Кстати, как прошел ваш разговор с ректором? – вдруг произнесла она, и я почувствовала, как внутри у меня все оборвалось. – Вам никто не помешал?

Я совсем забыла, что она – и вся женская половина моего факультета – видели, как он бесцеремонно ворвался в раздевалку, а затем выгнал всех, оставшись со мной наедине.

Проклятье!   

– Кажется, теперь я понимаю, каким образом ты поступила в эту Академию…

– Что ты имеешь в виду? – я напряглась, чувствуя, как каждый нерв в теле натянулся до предела.

– Ой, да ладно… – протянула она с кривой усмешкой. – Просто признайся, что спишь с ним – и все.

Я вспыхнула, словно факел. Лицо обожгло краской, а по телу разлилось странное, тревожное томление, отозвавшееся жжением в груди, где пылала его метка.

– Кстати, говорят, твоя сестричка тоже была уличена в этом… – вдруг произнесла она, и от одного упоминания Лиссы у меня сжалось сердце. – Я слышала, она была той еще шлюхой драконов до того, как ее казнили. Говорят, у нее был даже прайс на услуги особого кхм… характера.

Меня словно ударили. В груди болезненно сжалось, а в голове вспыхнула оглушающая пустота.

Ее слова обожгли, как яд, растекаясь по венам.

Все знали, что Мелисса Уайт, которую казнили прямо в Академии три года назад – моя сестра, это не было секретом. Всем скорее было плевать – равнодушные взгляды, редкие насмешки и полное отсутствие интереса говорили сами за себя. 

Но никто не знал, что мы не родные и что во мне – в отличие от нее – нет ни капли драконьей крови.

Я сжала пальцы в кулаки до хруста, и Беатрис мгновенно уловила это движение, довольно усмехнувшись.

– Это грязная ложь, – вкрадчиво произнесла я. – Или ты настолько глупа, что готова верить в любую чушь, которую драконы вливают тебе в уши?

Я прекрасно знала, что Беатрис крутится рядом с ними. Она из кожи вон лезла, чтобы быть похожей на драконов, постоянно ошивалась поблизости, надеясь заполучить их внимание, а вместе с ним и связи. Ведь каждый из них – элита.

Вот только для них полукровки были чем-то вроде мусора, помехой… или, в лучшем случае, удобной прислугой.

И я не сомневалась – Рэйман Варго думал обо мне так же.

Для него я была не более, чем расходным материалом.

– Пытаешься оправдать предательницу-сестру? – отозвалась Беатрис, медленно делая шаг вперед. – По-моему, ты недалеко от нее ушла.

Гадина!

В следующий момент она молниеносно рванула вперед. Я пригнулась к земле и, увернувшись в последний момент, швырнула в нее ком мокрой грязи, попав прямо в волосы, после чего резко откатилась в сторону.

Но Беатрис на этот раз лишь рассмеялась.

– Только грязью швыряться и умеешь!