— Простая формальность, — продолжая улыбаться, Дьявол протянул мне руку. — Пожми мне руку, мистер Гринч. Да, вот так… Обмен произойдёт через один день, восемь часов и семь минут. Советую одеться потеплее и запастись едой. Там, куда вас перенесёт, сейчас довольно холодно.

Стоило ответить на рукопожатие, как у меня перед глазами появилось окно с сообщением:

— Частный контракт между посредником «Белый Дьявол» и человеком «Маркус» (Гражданство: отсутствует. Уровень лояльности: отсутствует. Рейтинг полезности: отсутствует.)

— Срок действия: сто дней. Начало действия: через 1 день, 8 часов, 7 минут. Условия оплаты посредника: 6 месяцев жизни. Получаемая взамен услуга: постепенное отключение всех основных и вторичных органов чувств. Право Контакта: отсутствует. Внимание! Действует полный запрет на распространение информации о сути сделки и посреднике.

Видя, что я дочитал, Дьявол кивком указал на дверь, ведущую из кафе.

— Советую всё же приодеться. Ночки ТАМ весьма холодные.

Поднявшись из-за столика, я направился к двери.

— До встречи, мистер Белый Дьявол.

Пока шёл, не смог сдержать улыбки.

[Наконец-то у меня появился шанс докопаться до правды.]

Странные силы самого Дьявола, живая книга и сообщение от ранее невидимого интерфейса. Всё это говорит о том, что я на верном пути. Что-то такое имелось в моей жизни до становления Маркусом Гринчем.

Выйдя из кафе, я направился в сторону дома. Двигаясь по парковке перед заведением, заметил четвёрку латиносов, выруливших мне навстречу. Морды наглые, на вид не старше двадцати пяти. Двигаются скопом.

— Эй, малец! — парень с пирсингом в носу жадным взглядом прошёлся по моей одежде. — Дай позвонить. Я телефон…

Хрясь!

Не дослушав до конца, я с хрустом впечатал свой кулак в челюсть бандита. Тот, закатив глаза, начал оседать на землю, а я уже с бешенством в глазах набросился на второго. Латинос только и успел, что достать руки из карманов. Быстрый правый джеб в нос, чтобы сбить с толку. Затем хук левой в печень, и тело противника сгибается пополам.

— Ах ты!

Третий житель дна Нью-Йорка успел сделать ко мне шаг и попытаться провести удар рукой. Отведя руку драчуна в сторону, я схватил его за воротник куртки и боднул лбом, метя в лицо.

Хрясь!

Латинос поплыл, но ещё держался на ногах. Я тряхнул его, снова ударив лбом. Безвольное тело рухнуло на землю. Развернувшись, я от души заехал по роже любителю отжимать мобилы.

На ногах оставался четвёртый латинос. Тот в страхе пятился назад.

— КОМУ БЕЛОГО МЯСА! — делаю шаг навстречу трусу. — Иди сюда, молокосос. Я тебе мобилу засуну сам знаешь куда! Ещё и сам наберу девять-один-один, чтобы у копов не осталось вопросов, зачем тебе телефон. Куда ты побежал…

Трусливый латинос, развернувшись, рванул прочь от парковки. Только в этот момент я заметил, что у него капюшон оранжевого цвета. У любителя пирсинга старые оранжевые кроссы. У его собратьев — оранжевый рюкзак и шапка. Проще говоря, все они представители одной из «цветастых» банд пригорода Нью-Йорка. У нас в районе Лоубридж орудуют Синие и Оранжевые группировки.

Наплевав на разборки с гопниками, я пошёл домой. Мне не впервой. И хрен бы с этими латиносами! Однако на шум драки из-за здания кафе вылетела стая бродячих псов. Из-за холодной зимы дворняги оголодали. Видимо, рылись в мусорном контейнере, пока я их не спугнул.

— Гав-гав-гав!

Свора из шести псин, роняя слюну, понеслась прямо на меня.

— А-А-А! — размахивая руками, как ненормальный, я сам понёсся на стаю. — Иди сюда, пояс из собачьей шерсти! Мне как раз нужна тёплая одежда. ШАПКА… В смысле, Шарик! А-А-А-А…

Псины таращились на меня так, будто это я тут один бешенством болею. Тявкая вслед что-то обидное, они ломанулись к валяющимся на земле латиносам.

— Куда-а-а! — теперь уже я побежал вслед за ними. — Нельзя их кусать. Они на всю голову больные.

То ли псины понятливые попались… То ли потуги латиносов отбиться отпугнули их. Свора, противно лая, побежала обратно к мусорному контейнеру.

— Мы тебя найдём! — завопил гопник с пирсингом. — Я тебя на ремни… Эй-эй-эй!

Подхожу к любителю отжимать мобилы и ставлю ботинок ему на грудь.

— Повтори, — смотрю в глаза латиносу. — Ну же, парень! Порадуй меня. Напишем потом в рапорте для копов, что я защищался и случайно переломал тебе все кости. Тогда и второй встречи со мной не потребуется. Заеду потом к тебе в больницу и на гипсе распишусь.

— Ты…

Латинос с пирсингом сглотнул, попытался отползти, но мой ботинок снова прижал его к земле.

— Мне осталось жить меньше года, — смотрю в глаза латиносу, как это недавно Дьявол проделывал со мной. — Видишь? Вот так дерётся тот, кто знает, сколько ему жить осталось. Это я тебя запомню и пущу на шнурки, если ещё раз здесь увижу.