Перед ним лежала книга в кожаной обложке и перьевая ручка. На краю столика ютилась кружка. Это в неё официантка доливала кофе.

Уперев руку в подбородок, Дьявол с ленцой произнёс:

— Твой труп в кафе привлечёт слишком много внимания к моей работе, — на лице появилось лёгкое подобие улыбки. — Проще отправить тебя на смерть, чем пытаться и дальше делать вид, будто меня здесь нет. Садись… Рассказывай, с чего вдруг ты так отчаянно ищешь со мной встречи? Потом, так и быть… Сходи в церковь и поблагодари богов, что у меня сейчас нет других клиентов.

Боясь, что едва появившийся шанс исчезнет, я сел за стол, так и не моргнув. Продолжая скучать, Дьявол стал тарабанить пальцами по столу.

— Ну? И чего ты хочешь, парень?

Глава 2. Жажда жизни

Всё то же кафе и столик в дальнем углу, скрытый от посторонних глаз. На лице Дьявола читалась скука. Казалось, скажи я: «Хочу космический корабль», и он в ответ спросит: «Какого цвета».

Потому я решил сначала прощупать границы.

— Какие варианты мне доступны?

Дьявол зевнул.

— Имя?

— Маркус Гринч, — на автомате выдаю первое, что пришло на ум. — Я…

Закатив глаза, Дьявол выставил перед собой руку.

— Стоп-стоп. Есть правила заключения сделок, мистер Гринч. Первое: «У каждого живого существа есть потенциал». Нельзя сделать бомжа с улицы президентом США, если потенциала не хватает. Второе: я не воскрешаю мёртвых. Третье: не могу влюбить в тебя другого человека.

Хотелось вставить: «Звучит, как стандартный договор с демоном у Минитмэнов», но сдержался. И не зря.

— … Дело не в том, «выполним ли заказ?» — Дьявол, усмехнувшись, показал пальцами кавычки. — А в том, что Контракт касается ТОЛЬКО клиента. На других людей он напрямую не влияет. Не хватает потенциала? Значит, и желание невыполнимо.

Выслушав правила, я кивнул и, не сдерживаясь, улыбнулся.

— Всё сказанное идеально мне подходит, сэр.

Не отрывая глаз от Дьявола, сажусь на столик. Тот ехидно улыбнулся и открыл книгу, лежащую перед ним.

— Итак, Марк. Так каково твоё желание?

— Дело в том, что… Я не помню своего настоящего имени. Не знаю ни кто я, ни откуда. Вообще никаких воспоминаний. Только чёткая уверенность, что меня зовут не Маркус, и я из другого мира. Моё желание — «Хочу знать, как меня зовут на самом деле».

Всё сказанное Дьяволу — правда от начала до конца. Сейчас мне девятнадцать. Вот уже пять лет как я живу с большой семьёй Гринч в пригороде Нью-Йорка. Когда телу парня исполнилось четырнадцать, «я» начал пробуждаться. Не переселился в него, а именно пробудился. Это знание ощущается так же крепко, как и понимание того, что ЭТО не мой мир.

[Я родился и вырос в другом месте.]

Сознание пробуждалось не сразу, а урывками. В первый раз я очнулся, сидя за столом во время обязательного семейного ужина по четвергам. Все шесть стульев заняты. В Нью-Йорке зомби-апокалипсис? Вулкан в Йеллоустоне проснулся? Плевать! На ужин в четверг все члены семьи Гринч должны собраться дома за одним столом.

Второе осознание случилось через неделю. «Я» случайно увидел, как моя старшая сестра Эвелина пробралась ночью в прихожую, собираясь на ночную вечеринку. Тайно, само собой!

Ещё через неделю старший брат Бакки отвесил мне подзатыльник… Зря он так! «Я» проснулся… Мы сцепились в гостиной, и только вмешательство отца и брата Хьюго помогло нам остановиться.

К пятнадцати годам «я» полностью пробудился и начал много болеть. Примерно тогда же доктор в частной больнице озвучил родителям диагноз — неизлечимая болезнь Хошинга-Крамера. Из-за поломки в генах у меня сильно повышен износ и ломкость сосудов. Без лекарств, контрастного душа и регулярных занятий спортом я бы не дожил и до девятнадцати лет.

— Не «Маркус», значит?

Прищурившись, Дьявол глянул чуток в сторону от меня. Его взгляд остановился где-то над моим плечом.

— Вот! — улыбаясь, указываю на свои глаза. — Вы сейчас посмотрели на мою ауру, окно в интерфейсе или что-то в этом духе. В первый год я ловил себя на том, что часто пытаюсь смотреть так же. Срабатывала привычка, но я ничего не вижу.

Вместо ответа мне Дьявол посмотрел на открытую книгу перед собой. Там, на левом белом листе бумаги, сами собой стали появляться символы на незнакомом языке. В нижней части страницы сформировалась круговая пентаграмма.

[Да нет же!] — приглядываюсь к значкам по краям странного рисунка. — [Бицуха, мозг, сердечко, какие-то волны и бегущий человечек. Это не пентаграмма, а оценка меня по пяти параметрам.]

Взглянув на рисунок, Дьявол перевёл взгляд на меня. На его губах застыла холодная улыбка.

— Кое-кто на небесах считает, что тебя всё же зовут «Маркус». Фамилия у тебя другая. Вот что странно! Я вижу, что тебе осталось жить меньше года. Даже при таком раскладе запаса потенциала должно было с лихвой хватить на то, чтобы я озвучил имя… Но потенциала не хватает! Кстати… Ты совсем при…