— Ну зачем, зачем ты терпишь это, Раэнир?! Вставай же! Вставай! Просыпайся! Ты понимаешь, что творится?! — я перематывала рану, а сама взывала к нему, частью себя надеясь на то, что он слышит. — Десница создает оружие против магов, он испытывает его на детях из приюта! Если они победят в надвигающейся войне, вся власть достанется им! Стоит ли это того, Раэнир?

Я ударила его по груди ладонями, потом схватила за плечи и попыталась потрясти. Слезы капали у меня из глаз прямо на него: на грудь, на лицо, на губы.

— Скажи мне, стоит ли твой мир таких жертв?! Вставай и прекрати все это! Прошу тебя! Умоляю!

Я упала ему на грудь и разрыдалась в отчаянии.

Не знаю, сколько я так плакала. Но Раэнир не приходил в себя. Он мерно дышал, я слышала медленный бой сильного сердца в груди под моим ухом. Однако его хвост обвил меня и не отпускал, слегка скользя по мне и поглаживая.

И я так хотела верить, что это не просто инстинкт, а нечто большее — осколок его сознания, пробивающийся через толщу заклятья и сотен лет забвения.

А когда слез не осталось и я поняла, что очень хочу пить, я села, глянула в сторону моей «поляны» и с ужасом осознала: они забрали посуду, ткани и ведра с водой.

И ушли надолго. Потому что сцедили достаточно его крови. Я осталась не просто без пищи — даже без капли воды.

Глава 20. Ты сможешь вернуться

Таис

Я встала и подошла к месту, где прежде лежала моя еда. Вернее, еду я скормила Раэниру, но хотя бы вода в ведре оставалась. Они унесли все и… даже мое рваное платье, в кармане которого было зелье и ножик. И часов теперь у меня не было. У меня не было ничего.

Я прошла по залу кругом, чтобы размяться и лучше сконцентрироваться. Я так испугалась жрецов, испугалась, что придет Десница вместе с ними и увидит меня живой, что не подумала об этом — иначе прихватила бы с собой в укрытие воду и платье с зельем и ножичком.

Но время не повернешь вспять, и можно сокрушаться сколько угодно — только смысла в этом не будет.

У меня приблизительно трое суток до того, как я умру от обезвоживания. И есть два пути: пробудить Раэнира за это время или стучать в дверь, чтобы ко мне кто-то пришел.

Но я понятия не имею, как они отреагируют. Смотрители не выглядели злыми, но… Они не выглядели злыми и когда резали Раэнира. Они не пытались помочь жертвенной невесте, потому что это их работа, их обыденность. Я должна умереть по их логике. Пойдут ли они мне навстречу? Смогу ли я выторговать у них хотя бы несколько дней молчания?

Я выдохнула. Что ж, оставлю это как запасной план. А пока…

Я повернулась к Раэниру и решительно направилась к нему.

— Пока у меня есть силы, я не слезу с тебя, дорогой! — заявила я и зашла со стороны его головы. Положила руки ему на виски и сосредоточилась. Буду использовать все, что у меня есть. — По крайней мере, теперь твой хвост меня не пугает. И ты сам меня не пугаешь. А если проснешься опять драконом, то здесь у меня уже только два варианта — быть съеденной, или не быть. Может, ты снова захочешь полечить меня? Например, мою больную душу.

Золотой свет коснулся его кожи, проник в голову. Я была уверена, что он не навредит. Но непонятно, как сможет помочь. Однако все-таки…

Я стояла над ним, пока свечение не иссякло. Наверное, у магии тоже существовал какой-то лимит.

И все это время я говорила с Раэниром, звала его. А еще все смотрела на его благородные черты лица, длинные черные ресницы, зажившие красивые губы. И все чаще мелькала мысль поцеловать его. Пробудить как спящую красавицу из сказки. Но мой врачебный мозг отказывался принимать это за реально работающий метод.

Вместо поцелуев я приступила к другому. Отдохнув немного, я перешла к следующему этапу: пассивная гимнастика и массаж. Разминала его руки и ноги, сгибала в суставах, насколько позволяли силы.

И все это время я говорила с ним, пела и несла всякую чушь — просто чтобы заглушить собственные панические мысли. А еще чтобы воздействовать на его слух. Чем больше воздействий, тем лучше.

Я устала так, что едва держалась на ногах. Жажда уже начинала терзать меня, но пока я старалась о ней не думать, еще было терпимо.

Однако спать я не легла, у меня возникла идея. Что если собрать конденсат со стены? Ведь даже капельки влаги могут значительно продлить мою жизнь. Оставалось только найти этот конденсат.

Раэнир

Я плавал во тьме, как и всегда, но теперь эта тьма была наполнена звуками, запахами, прикосновениями женщины. Я не понимал, кто она, но уже узнавал. Я знал запах ее кожи, вкус ее крови. Она вытянула меня из пучины голода, который владел мною.

Она сделала мое тело легче, боль отступила. И я так тянулся к ней, так хотел почувствовать ее сильнее. Увидеть, ощутить всем телом. Хотел, чтобы она была моей. Но тьма не пускала, сил противостоять ей не было. Я оставался пленником в собственном теле.

— Раэнир! Очнись, вставай, хватит валяться! — то и дело доносились до меня ее слова.

И я не хотел валяться. Хотел встать, увидеть и понять, кто она. Кто я. Вспомнить все.

— Помоги мне, Диверия! — вдруг подумал я и удивился — это был первый осмысленный и оформленный в четкий призыв посыл.