— Я всегда с тобой, дитя, — услышал я в своем сознании отдаленный, едва различимый голос.

— Кто я?

— Открой мне свой разум, дитя, я покажу, — донесся снова голос.

Но как открыть то, что утеряно? Как сделать это? И я стал цепляться за то, что уже вспомнил ранее. Раэнир — это мое имя. У меня был отец, ему не нравилось, что я не разделяю его взглядов. Я спас раненого в битве брата. Отец отругал меня…

Меня затягивало в омут воспоминаний все глубже, картинки мелькали яркие и четкие. И вот я вновь очутился на тренировочном полигоне. Только теперь не против двоюродного брата — я сражался против отца.

У меня тряслись руки и ноги, из носа лилась кровь, заливая рот, подбородок и капая на стоптанный, окровавленный песок. Перед глазами плыло, но я не бросал меча. И продолжал отбивать яростные, беспощадные выпады отца.

— Нападай! — крикнул он. — Хватит защищаться!

Я никак не мог победить его физически — он все еще превосходил меня. Но у меня была сила, которой не было ни у кого. И я уже знал, как ей пользоваться.

И плевать, что я сделаю это. Я не хотел ему проигрывать, даже если это будет значить, что я одержу победу нечестным путем.

В следующий миг, когда он приблизился, я схватил его за руку, отбросил меч и потянул из отца магию. Так сильно, как только мог. Он попытался отбросить меня, но я ушел от его захвата, зашел за спину, обхватил за грудь, сцепил руки в замок и продолжал тянуть его силы.

Он дернулся несколько раз, прошипев что-то злое, а потом рухнул на землю всем своим весом — прямо на меня, нарочно, чтобы если уж не раздавить, то сломать мне ребра и заставить отпустить.

Боль пронзила тело. Но я не отпустил. А его мощная стихийная огненная магия перетекала ко мне, тут же восстанавливая полученные травмы.

— Молодец, сын, — услышал я его хриплый голос. — Молодец. Отпусти. Я проиграл.

Ярость все еще мешала мне расцепить руки. И по привычке я ждал подвоха.

— Сын, прошу, — усмехнулся отец, — все закончилось. Победа за тобой. Ты же не собираешься убить меня в самом деле.

Я разжал-таки руки. Он встал, и впервые в жизни в его глазах сверкала радость. Хоть и выглядел он посеревшим и вымотанным. Я забрал очень много его магии всего за пару минут.

— Наконец ты начинаешь мыслить правильно, Раэнир, — сказал он, подавая мне руку. — Может быть, не все потеряно.

Я с трудом поднялся, не веря своим ушам. Он похвалил меня? Неужели этот день настал? Но осознать все это я не успел.

— Ваше Величество! — к нам бежал слуга, запыхавшийся, уставший. — Ваше Величество! Драон скончался…

Отец нервно дернул плечом.

— Его жена не понесла?

Слуга печально покачал головой.

— Видишь, что ты сделал? — нахмурился отец, глядя на меня. — Когда спас его в прошлом году, ты сделал из него слабака. И он утонул в вине и безделье. Даже наследника не смог оставить.

Я опустил голову. Да, этот год для меня был ужасным. Драон обвинял меня похлеще, чем отец. Будто это я вырвал его крылья, а не спас ему жизнь. Умереть в бою — вот, что он предпочел бы, а я все испортил. Но боев в этом году не было, наступило хоть и хрупкое, но перемирие.

— Что ж, Драон умер в итоге по вине Андоры. Собираем войска, — внезапно заявил отец слуге. — И стребуй дань в двойном размере со всех, кто не может держать оружие.

Слуга поклонился. У меня даже дыхание перехватило.

— Ты что?! — крикнул я, наплевав на субординацию перед королем. — Ты видел вообще отчеты с наших земель?! Только три месяца назад смогли засеять поля, еще даже новый урожай не получили! Год! Только год прошел с тех пор, как мы бились на нашей территории с Андорой!

— Теперь мы нападем первыми, — мрачно произнес отец.

Я покачал головой.

— Люди истощены! Они не соберут столько дани!

— Что ты сказал? — Отец шагнул ко мне. В его взгляде вспыхнул самый настоящий огонь. — В своем ли ты уме, Раэнир?

— Это ты не хочешь видеть дальше своего носа! — крикнул я. — Нам надо время!

— И это время будет у врагов! — рявкнул отец. — Они тоже накопят силы! Мы должны напасть первыми! Тем более сейчас прекрасный повод.

— Прекрасный повод? Твой любимый сын умер! Это не повод, а трагедия! — кричал на него я.

— Он умер для меня еще когда потерял возможность биться на равных с другими драконами!

— Но так нельзя! Нельзя жить в постоянной войне! — пытался отстоять я свое мнение, понимая с одной стороны, что это бессмысленно. Отец никогда не послушает меня. — Должны быть другие пути.

— Мы захватим их территорию, и будет нам прибыль и ресурсы, — презрительно бросил отец. — Иди учись, мальчишка!

— Я не мальчишка!

— Хорошо, — прищурился отец и повернулся к обомлевшему слуге. — Найди невесту моему сыну. Вряд ли он станет достойным правителем. Но хоть обрюхатить жену сможет. Жаль, у меня больше не рождаются мальчики. Я бы тебя и близко не допустил к делам дворца.

Он развернулся и пошел прочь, явно разочарованный мной. Опять.