Я растерянно уставилась на хвост, который по-хозяйски скользил теперь выше по моему правому боку.

Ну и еще одна картиночка с хвостиком:

Глава 12. Вернись, дитя…

Таис

Это было так неловко, странно, страшно, но отчего-то волнительно. Будто хвост Раэнира был сам по себе. Или же через хвост в нем говорило его подсознание. И его подсознание явно не хотело меня убивать и прогонять. Напротив, движения хвоста казались мне бережными, даже ласковыми.

— Раэнир, понимаешь ли ты, что твой хвост сейчас вытворяет? — не выдержала и хихикнула я, убрав кончик хвоста с груди. — Неприличный хвост. Интересно, он весь в хозяина?

Тепло в груди теперь появилось отчетливо, но пока не настолько невыносимо, как в прошлый раз. Потом оно поползло по рукам, в кончики пальцев.

Я положила ладонь на грудь Раэниру, и тут же свет, который зажегся вместе с пришедшим в пальцы теплом, стал перетекать к нему. Я не двигалась. Только смотрела, как моя кожа начинает светиться — слабо, едва заметно.

Хвост дернулся. Я почувствовала, как он напрягся, а потом медленно, осторожно, скользнул выше — к плечам, обвивая меня плотнее, но не больно. Он словно вбирал в себя мое тепло, оплетал мое тело.

Свет разгорался и переходил от меня к нему, уже не только через руки, но и в хвост.

Я смотрела, как свечение перетекает по телу Раэнира, как чешуя на его плече медленно уменьшается и словно врастает обратно в кожу.

— Ну вот, выходит, и правда принимать это зелье надо мне. А ты просто забираешь родившуюся в моем теле волшебную силу, — проговорила я. — Скорее, возвращайся, Раэнир. Или, может быть, тебе страшно возвращаться? Что мы с тобой будем делать, если ты придешь в себя? Ты вспомнишь, кто ты и зачем тут заперт? Куда мы пойдем и что будем делать?

Хвост сжался крепче, прижимая меня к нему. Я не сопротивлялась. Прикрыла глаза и положила голову Раэниру на грудь. Тепло все еще рождалось в груди и медленными, спокойными волнами уходило из меня в его тело.

Я разомлела от этого тепла, задремала, чувствуя, как его сердце бьется под моей ладонью и щекой, а хвост все еще держит меня. И я совсем не хотела, чтобы это заканчивалось.

***

Раэнир

Я все еще не понимал, кто я. Но отголоски прошлого, будто предчувствия, рождались во мне и не давали погрузиться в лишенный видений сон. А еще я слышал ее. Нежный, ласковый голос звал меня, говорил со мной.

Я чувствовал ее руки, ее тело. Я ощущал его, сам не понимая как. А потом я почувствовал запах. Приятный. Он напоминал мне что-то, но что именно?

Свежий, чистый, с легкой горчинкой. Я не знал этого запаха, но он был… знакомым. Он тянул меня из темноты, заставлял вспомнить, что я живой.

Кто она, моя незнакомка?

Я хотел повернуться к ней, хотел открыть глаза и увидеть ее, но тело не слушалось.

В какой-то момент я осознал, что у меня есть хвост. И он единственный подчинялся древним, диким инстинктам и жил своей жизнью. И теперь я совсем не понимал, кто я тогда, раз у меня есть хвост. Странно, ведь я казался себе человеком, каким видел в воспоминаниях отца.

Впрочем, чувствовать что-то новое было увлекательно, и я с удовольствием следил, как хвост движется, обвивает что-то теплое, мягкое, прижимает к себе. Ко мне.

И мне было хорошо. Впервые за… я не знаю насколько долгое время. Боль ран почти утихла, я чувствовал телом приятную чистоту.

Я тянулся к своей незнакомке изо всех сил. К ее голосу, к ее теплу, к этому странному, забытому чувству, что я не один. Ощущал ее тепло и мягкость близко к себе и радовался, что она не покидает меня.

А потом раздался чужой, резкий и грубый голос:

— О, да ты никак вжилась в роль невесты, Таис!

Я почувствовал, как она дернулась, испуганно вскрикнула. Хвост сжался, не желая отпускать, но она успела выскользнуть.

А в моей голове заплясали панические мысли.

Нет. Почему ты уходишь? Что происходит? Кто хозяин второго голоса?

— Какого тебе надо от меня? — вторил ему знакомый женский голос. — Не думала увидеть тебя тут.

— А я не думал, что застану тебя в обнимку с чудовищем. Это действительно поразительно. И как ты отмыла его… Таис-Таис, а ты шаловливая девочка, — неприятный моему слуху голос звучал насмешливо. Но благодаря ему я узнал ее имя. Таис. Так звали ту, к которой я тянулся.

— Выходит, ты все-таки любишь пожестче, да? — продолжал он. — А все строила из себя неприступную.

— Отвали! Пусти меня! — вскрикнула Таис, и в ее голосе я слышал настоящую тревогу.

Она боялась этого человека. Зачем он пришел к ней? Что хочет?

— Тебе не убежать от моих нитей! Даже не смей противиться!

Каких нитей, почему не убежать? Что он делает? А потом послышался резкий хлесткий звук и вскрик Таис — будто от боли.