— Выпей, — говорит она. — Посиди. Подумай. Не сегодня, не сейчас — но тебе нужно готовиться.

Я держу кружку в руках, чувствую тепло.

— Ты можешь остаться у нас сегодня, — говорит она снова.

— Я не могу, — шепчу. — Если он придёт… я не прощу себе, если из-за меня пострадают вы.

Эйда закрывает глаза на секунду. Потом кивает.

— Тогда знай, — говорит она твёрдо. — Ты не сумасшедшая. Ты не слабая. Ты просто хочешь жить.

Когда я встаю, она провожает меня до двери, долго не отпуская руку.

— Если решишь уходить, — говорит она напоследок, — уходи рано. И не оглядывайся.

Киваю, и внутри уже оформляется решение, тяжёлое и страшное, но единственно возможное.

Выхожу из домика Эйды и иду к своему, он совсем рядом, через несколько домов, по короткой, знакомой улице, по которой ходила сотни раз. Ноги всё ещё подкашиваются, тело ноет, губа тянет и жжёт, но я иду медленно, заставляя себя не спешить, не оглядываться, не выглядеть бегущей. Небо темнеет не резко, сначала уходит яркость, потом свет становится глубже и холоднее, в окнах загораются огни. Фьор начинает затихать, как всегда в это время, и от этого внутри вдруг становится больно.

Смотрю на город.

Я люблю его.

Люблю этот холодный воздух, пропитанный солью. Люблю узкие улицы, камни под ногами, дома, прижавшиеся друг к другу — им тоже не по себе в одиночестве. Люблю море — всегда одинаковое и каждый раз новое, шумное, живое, честное. Оно никогда не лжёт.

Здесь моя работа.

Мои теплицы.

Я люблю свои руки в земле. Люблю утро, когда захожу туда первой. Люблю запах влажных листьев и тёплого воздуха под стеклом. Это было моё место. Мой маленький, тихий мир.

Я не хочу уходить.

Эта мысль сжимает грудь так, что становится трудно дышать. Глаза наполняются слезами, и я позволяю им выйти — тихо, без звука. Я вытираю лицо тыльной стороной ладони и снова смотрю на Фьор — задерживаю взгляд дольше обычного, прощаюсь раньше времени, хотя ещё ничего не решено.

Почему именно я?

Почему именно здесь?

Внутри всё сопротивляется этой мысли, самому направлению, в котором придётся идти, дороге, пустошам, неизвестности. Это не страх на секунду, это глухое, упрямое «нет», которое поднимается изнутри и не отпускает. Я знаю, какая я на самом деле, не умею драться, не умею защищаться, всегда выбирала тишину вместо силы, пряталась в ней, жила ею.

И именно поэтому становится ясно, другого выхода нет.

Если он придёт ещё раз, если снова дотронется, всё закончится сразу, без вариантов и без возможности остановить это. Там не будет выбора, только граница, за которой меня уже не останется.

Между этим и дорогой остаётся только одно решение.

Я не позволю ему забрать у меня всё, не позволю сломать меня окончательно, даже если придётся рискнуть, даже если будет страшно, даже если я одна.

Подхожу к своему домику, открываю дверь и быстро захожу внутрь, закрываю за собой и запираю. Прислоняюсь спиной и несколько секунд просто стою, чувствуя, как колотится сердце.

Но под этим страхом начинает подниматься что-то другое, маленькое, упрямое, почти незаметное, но живое.

Я буду бороться, даже если мне страшно.

Глава 5

Айлин

Просыпаюсь рано, ещё до того, как город окончательно оживает, и какое-то время просто лежу, глядя в потолок. Тело помнит вчерашнее — боль в лице, тяжесть в груди, страх, который никуда не делся. Он просто стал тише. Спрятался глубже.

Встаю и сразу делаю то, о чём думала всю ночь.

Небольшая сумка.

Ничего лишнего. Немного еды — сухой паёк, то, что не испортится и не займёт много места. Вода. Пару простых вещей. Я складываю всё аккуратно, медленно — с той нарочитой размеренностью, с какой собираются в обычную поездку, не в бегство. Потом ставлю сумку у двери.

Так, чтобы можно было схватить одной рукой.

Я смотрю на неё несколько секунд.

Если придётся — я побегу.

Мысль звучит спокойно. Без паники. Без истерики. Я не позволю ему снова дотронуться до меня. Не позволю причинить боль. Если он придёт — это будет конец прежней Айлин.

Я выдыхаю и отворачиваюсь.

Работа ждёт.

Теплицы встречают привычным теплом и запахом влажной земли. Здесь всегда по-другому. Здесь мир кажется медленнее, мягче. Я здороваюсь с растениями так же, как всегда, провожу пальцами по листьям, проверяю стебли, убираю сухое, поливаю. Руки заняты, мысли постепенно успокаиваются.

Здесь безопаснее.

Здесь тише внутри.

Задерживаюсь дольше обычного. Беру на себя лишнее. Проверяю всё по несколько раз. Не потому что нужно — потому что не хочу уходить. Дом больше не кажется убежищем. А здесь, среди цветов и трав, мне легче дышать.

Часы идут незаметно.