Возможно, мои слова сейчас звучат слишком холодно. Однако ее просьба солгать в полиции тоже переходит черту. Должны быть какие-то разумные пределы. Но сейчас они пересечены.

Стараюсь не думать о том, что Молотов оказался прав. Мысли о нем никогда до хорошего не доводят. Впечатление, словно чем чаще про него вспоминаю, тем сильнее и безнадежнее увязаю в ловушке.

— Прости, — вдруг произносит Инга. — Понимаю, что в последнее время со мной тяжело общаться. Только о проблемах говорим. Давай просто посидим, поболтаем как раньше. Ты же не против?

— Давай.

Конечно, «как раньше» не получается. Напряжение сквозит между нами, и во многом это потому что теперь каждую новую фразу подруги воспринимаю с долей подозрения. Ну не выходит у меня расслабиться, невольно начинаю анализировать.

— Знаешь, Поль, мне очень неловко тебя о таком просить. Но, — Инга запинается. — Из-за всей этой ситуации с деньгами пришлось заложить машину. А на такси уже слишком дорого выходит. Боюсь, долго я такими темпами не протяну. Тем более, на выходных нам с мамой надо поехать в другой город. Она свою машину еще в начале всех этих проблем продала. Нужны были деньги, чтобы заплатить адвокатам хоть что-нибудь. В общем, возможно, у тебя получится одолжить мне машину на пару дней?

Согласие уже готово сорваться с языка. Но будто по беззвучной команде перед глазами встает образ Молотова. Его тревожное предупреждение на повторе.

Прикусываю язык.

Вообще, нет никакой проблемы в том, чтобы дать Инге мою машину на несколько дней. У отца целый авто-парк. Меня может отвезти водитель.

Варианты есть. И я почти говорю «да», но в последнюю секунду будто бы срабатывает блок.

— Поль? — зовет Инга, вопросительно приподнимает брови в ожидании моего ответа.

— Мне нужно отвезти машину в сервис.

Клянусь, я не знаю, почему лгу сейчас. Чувствую себя ужасно из-за того, что отказываю подруги в том, что для меня по сути мелочь. Но напряжение внутри не отпускает.

Молотов что-то нашел в документах. Что-то важное. И если верить ему, если принять тот факт, что Инга решила меня подставить по указке матери, то надо быть осторожной.

— Давай завтра это обсудим, — добавляю.

— Хорошо, — кивает Инга, и хоть больше эту тему не поднимает, но в ее глазах мелькает явное недовольство, которое она не в состоянии скрыть.

Остаток разговора проходит сумбурно, а едва оказавшись одна, не могу удержаться от звонка.

Набираю Молотова.

Скорее всего, он занят. Уже довольно позднее время, а у него загруженный график. Не верю, что он быстро примет вызов.

Гудки обрываются практически сразу.

— Да, — слышится хриплый голос.

— Я встретилась с Ингой.

— На что ты согласилась? — тут же резкий вопрос.

— Пока ни на что, — начинаю.

— Где ты? Я приеду, — он не дает шанса ускользнуть.

А я ловлю себя на том, что тоже хочу его увидеть. Не только из-за странной ситуации с Ингой.

Называю адрес, внутри ругая себя за слабость.

Но это же просто встреча. Короткая встреча. Это не должно зайти далеко. Мы обсудим дела и все. То, что было в прошлый раз, не повторится.

Щеки пылают, по бедрам пробегает дрожь, а вдоль позвоночника разливается томительный трепет. Безотчетно тянусь к огню. Разумные доводы дают сбой.

Ощущение будто несусь по трассе на полной скорости. И надо бы притормозить, а я лишь добавляю газа.

Девочки, у меня вышел ОДНТОМНИК - забирайте себе этот горячий острый взрывной подарок на лето -

Я попала во власть красивого и опасного отморозка, который считает всех женщин продажными подстилками.

— Подошла и встала на колени, — грубо бросает Дагаев. — Будешь развлекать меня между встречами. Губы сочные. Языком только так трепешь. Значит, и с этой задачей справишься.

Напрасно пытаюсь сбежать. Он встает передо мной. Перехватывает за талию с нежностью первобытного человека.

— Ты куда собралась? — мрачно.

— Извините, но я вам на эту… хм, должность не подойду, — отрицательно мотаю головой. — Мне нужно идти.

— Здесь я решаю, кто подходит, — холодно заявляет он, пожирая меня жадным взглядом: — Ты ничего так. Смазливая. Поэтому дам тебе выбор. Либо сейчас все по-хорошему делаешь. Либо я сам возьму.

Дагаев безжалостный беспредельщик. Он всегда идет до конца. Как сбежать от жестокого и циничного подонка, который держит в страхе весь город?

Книга тут -

44

— Она попросила тебя сделать что-то такое, от чего ты сразу отказалась, — говорит Молот. — Слишком сомнительная идея. Сразу вызвала отторжение. Верно?

— Да, — отвечаю тихо.

— А потом была другая просьба. Практически сразу. Насчет первой она тебя особо не уговаривала. Но вторая выглядела настолько просто, что ты почти согласилась. Так?

— Да, — вырывается глухо. — Откуда ты знаешь?