— Здесь ты получишь пятьдесят процентов дара Потерянной Ведьмы, — продолжил он ровным, мерным голосом. — Остальные пятьдесят ждут тебя в мире вампиров, где ты должна спасти того, кто этого не заслуживает.

Его слова эхом разнеслись в моем сознании, как отголоски далекого колокола. Спасти того, кто не заслуживает? Что это значит? Кто этот человек? И почему именно я?

— Откуда тебе это известно? — спросила я, стараясь сохранить твердость в голосе, хотя внутри бушевал хаос.

— Во-первых, обращайся ко мне на «вы», — холодно поправил Страж, и его голос стал жестким, как лезвие. — Во-вторых, это записано в твоей карте.

— В моей... карте? — переспросила я, нахмурившись, пытаясь осмыслить его слова.

— Ты — Агата из клана Белых Ведьм, — продолжил он, теперь спокойнее, но с непререкаемой властью в голосе. — Клана, основанного предыдущей Потерянной. Ты — из поколения ее сестры.

— Чьей сестры? Лухарис? — вырвалось у меня, и я почувствовала, как мысли путаются, будто кто-то нарочно спутал нити моего разума.

— У каждой Потерянной Ведьмы есть своя судьба, — начал он. В голосе прозвучали нотки наставника, будто он произносил эти слова в сотый раз. — Но не в том смысле, как ты думаешь. Есть точки, через которые она должна пройти. Твои предшественницы провалили все испытания. Ты — последняя в этом столетии. Последняя.

Это слово обрушилось на меня тяжелым, звенящим ударом, не оставляя места сомнениям.

— У меня были... соперницы? — с трудом выдавила я, пытаясь осмыслить услышанное, пока в голове по-прежнему бушевал хаос.

— Не истинные, но да, — ответил Страж с едва уловимой снисходительностью. — Дар может принять только настоящая Потерянная. Хотя однажды было исключение: сила перешла не к ведьме, а к колдуну. Но это было давно.

Его слова повисли в воздухе, оставив меня в полном смятении. Слишком много информации. Слишком много вопросов. Мысли спутывались в тугой узел, но вдруг в памяти всплыло имя.

— Его... случайно не Михаэль звали? — спросила я, чувствуя, как постепенно складывается картина, хотя уверенности не было. — А клан Белых Ведьм основала Лухарис?

— Нет, не Михаэль. Это был Мстислав — достойный колдун, — пояснил Страж, и в его голосе мелькнуло уважение. — Что до клана... После изгнания из мира Арахус Лухарис и ее сестра увидели карту будущего. Они создали клан с особыми законами, чтобы обеспечить рождение своего рода... истинных. Тебя — и рождения твоего сына в том числе.

Моего сына? Эти слова эхом прокатились внутри, оставив ледяное, почти парализующее ощущение.

— Те самые правила, что касались того, чтобы мать и ребенок не знали, кто отец? И что мальчики покидают клан после двенадцати лет? — уточнила я, нервно озираясь по сторонам. В груди сжималось странное, липкое беспокойство. — И... пожалуйста, покажитесь. А то я чувствую себя сумасшедшей, разговаривая с пустотой.

— И не только ты, — раздался голос прямо за моей спиной.

Я резко обернулась. Передо мной стоял старик: седые волосы, лицо, испещренное морщинами, и глаза... глаза светились мудростью веков, словно видели меня насквозь. Он медленно приближался, опираясь на резной посох, украшенный странными символами, смысл которых ускользал от моего понимания.

— Эти правила созданы для защиты, — произнес он. Голос, глубокий, как лесная чаща, одновременно успокаивал и заставлял внутренне сжаться. — Лухарис и ее сестра видели будущее. Видели тени, сгущающиеся над твоей судьбой. Все, что они сделали, было лишь щитом между тобой и хаосом.

Я впилась взглядом в его лицо, пытаясь осмыслить сказанное.

— Почему именно я? — вырвалось у меня наконец. В горле стоял ком, пальцы непроизвольно сжались. — Кто или что выбрало меня?

— С тебя начинается новая эпоха Потерянной Ведьмы, — ответил он. Его голос звучал так, будто говорил о чем-то неизбежном. — Ты — ключ к восстановлению равновесия в мире магии, нарушенного давным-давно. Твой путь уникален из-за аномалии, возникшей в прошлом, и надвигающегося зла. Ты — единственная, кто должен столкнуться с ним напрямую. Поэтому были созданы определенные точки на твоем пути, чтобы максимально защитить тебя и дать время выполнить свою миссию.

Я глубоко вдохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Слишком много нового, слишком много неизвестного.

— Темная сторона Сновидцы? — предположила я, ощущая, как кусочки пазла начинают складываться. — Поэтому меня защищают и запутывают их пути ко мне?

— Совершенно верно, — подтвердил старик. Его взгляд стал серьезным. — Твои следы намеренно запутаны, чтобы их было трудно проследить. Зло, набравшее силу, намерено сразиться именно с тобой. Раньше оно было слабым, но когда Лухарис увидела предсказание, она создала твою карту и попросила меня передать тебе ее слова: «Будь верна обещанию, которое дала мне».

— Я никогда с ней не встречалась, — ответила я, чувствуя, как в сознании все еще борются логика и интуиция. — Что я должна сделать?

Старик слегка улыбнулся, и в этой улыбке таилась грусть.