Мне стало обидно. Брачная ночь — это то, чего я ждала с трепетом и страхом, венец нашего союза. Уехать сейчас, бросив гостей и праздник?

Но Рейнард склонился к моему уху, обжигая кожу горячим дыханием:

— Боги свидетели, Дивия, я мечтал сорвать с тебя это платье сегодня же. Но мы должны лететь. Мы проведем нашу первую ночь в моем… в нашем поместье, вдали от этой завистливой стаи, где нам никто не помешает. 

Его слова прозвучали с виной и мольбой о прощении. Я не могла дальше злиться на моего генерала, доверчиво кивнула, позволяя ему увести себя из-за стола.

Сборы были молниеносными. Я даже не успела толком попрощаться с семьей, да мне и не хотелось, если честно. Рейнард посадил меня в роскошный экипаж, обитый темным бархатом, и вороные кони, в чьих венах текла кровь магических существ, сорвались с места, унося нас прочь.

Глядя в окно на удаляющееся поместье Иллири, я чувствовала небывалую легкость. Я вырвалась из клетки. Оставила позади презрение родителей и яд сестер.

Я ехала в свой новый дом, навстречу своему счастью, даже не догадываясь, что меня там ждет на самом деле…

5. Прибытие в столицу

Дивия

Путь до столицы империи Дракарис занял удивительно мало времени. Вороные кони генерала оказались не просто породистыми животными, а магическими созданиями, способными передвигаться по теневым тропам. Пейзаж за окном кареты слился в сплошную темную полосу, а меня от быстрой езды и пережитых за день волнений начало клонить в сон.

Я прикорнула на плече мужа, и Рейнард всю дорогу заботливо перебирал мои волосы, вплетая пальцы в серебристые пряди. Его прикосновения успокаивали. Я чувствовала себя в абсолютной, нерушимой безопасности.

Когда карета наконец остановилась, на улице царила глубокая ночь. Дверцу открыл молчаливый страж, и Рейнард первым спрыгнул на мощеную камнем подъездную аллею, а затем подал мне руку, помогая спуститься.

От величия поместья эс Кортес у меня перехватило дыхание. Огромный особняк из темного камня возвышался на фоне звездного неба, словно неприступная крепость. Высокие стрельчатые окна светились изнутри, колонны у парадного входа обвивал резной каменный плющ, а в воздухе витал густой аромат ночных цветов.

На широком крыльце нас уже ждали. Слуги, выстроившиеся в два ровных ряда, низко склонили головы. Но мое внимание сразу же привлекла женская фигура, стоявшая чуть впереди остальных.

Это была потрясающе красивая молодая женщина в платье глубокого винного оттенка, идеально подчеркивающее точеную фигуру. Ее волосы, черные, словно смоль, тяжелыми волнами спадали на спину, а на бледном лице выделялись пухлые губы и выразительные карие глаза.

Стоило мне увидеть ее, как внутри что-то тревожно сжалось. 

Женщина плавно спустилась по ступеням нам навстречу. На ее губах играла ослепительная, радушная улыбка, но когда наши взгляды встретились, я едва не вздрогнула. Карие глаза незнакомки были абсолютно ледяными. В них читалось превосходство, насмешка и что-то еще… очень хищное.

— Поздравляю с законным браком, Рейнард, — ее голос прозвучал как перезвон хрустальных бокалов.

Генерал отпустил мою руку, шагнул к брюнетке и приобнял ее, крепко прижав к себе. Жест был дружеским, но в то же время каким-то слишком собственническим, интимным. Сердце предательски дрогнуло от укола непрошеной ревности.

— Рад, что ты дождалась нас, — ответил Рейнард с легкой улыбкой, отстраняясь от нее, а затем обернулся ко мне. — Дивия, познакомься. Это Эвелина, моя двоюродная сестра. Она управляет этим домом в мое отсутствие. Эвелина, это моя жена.

Двоюродная сестра… Я мысленно выдохнула, ругая себя за глупые подозрения. Ну конечно, они родственники. У аристократов принято доверять управление поместьями незамужним сестрам или кузинам.

— Для меня огромная честь, леди Эвелина, — я постаралась улыбнуться как можно искренне и сделала легкий книксен, как и подобает младшей по статусу или возрасту, ведь она явно чувствовала себя здесь полновластной хозяйкой.

— О, не стоит церемоний, милая, — Эвелина скользнула по моему свадебному платью оценивающим взглядом, на долю секунды задержавшись на подаренном сапфире. Ее тонкая бровь едва заметно дрогнула. — Добро пожаловать в семью. Надеюсь, тебе у нас... понравится.

Последнее слово она произнесла с такой странной интонацией, что мне снова стало не по себе. Но Рейнард уже взял меня под руку, увлекая к дверям.

Когда мы проходили мимо выстроившихся слуг, я попыталась поймать их взгляды, ожидая увидеть привычное почтение. Но то, что я заметила, заставило меня внутренне содрогнуться. Горничные и лакеи прятали глаза. В их беглых взглядах, устремленных на меня, не было ни капли зависти или восхищения моей удачей. Там плескалась настороженность. И глухая, болезненная жалость.

«Почему они так на меня смотрят?» — пронеслось в голове. — «Неужели уже знают, что я пустышка, и жалеют меня? Жалеют генерала, которому досталась бракованная жена?»