— Зачем вы пришли? — тихо спросила я, не реагируя на сказанное и стараясь, чтобы голос не дрожал. 

«Не позволю им испортить мой единственный счастливый день!» 

— Пришли спустить тебя с небес на землю, сестренка, — Лоретта гаденько усмехнулась. — Ты ведь не думаешь всерьез, что этот брак — по любви?

— Мужчины вроде генерала эс Кортеса быстро остывают, — подхватила Арабелла, подходя вплотную. От нее пахло резким, тяжелым парфюмом, от которого у меня запершило в горле. — Ему просто захотелось экзотики. Игрушку, которой ни у кого нет. Но знаешь, что бывает, когда с игрушки спадает красивая обертка? — она щелкнула пальцами, и крошечная, обжигающая золотая искра пролетела в миллиметре от моей щеки. 

Я инстинктивно отшатнулась.

— В спальне, когда снимет с тебя эти шелка, он увидит правду, — прошипела Арабелла мне в самое лицо. — Генерал поймет, что в тебе нет искры. Нет страсти, которую дает магия. Ты холодная, пустая, бракованная кукла. Как думаешь, насколько быстро столь уважаемый имперец разочаруется, когда поймет, что делит ложе с пустым местом? Месяц? Неделя? А может, он вышвырнет тебя прямо завтра утром? Это сейчас он говорит, что его дракон выбрал тебя, но эти драконы… — едко усмехнулась она, — они так непостоянны.

Слова ударили в самую больную точку, в мои самые глубокие, еще не до конца изжитые страхи. Дыхание перехватило.

Но затем мои пальцы сами собой легли на прохладный сапфир. Я вспомнила теплый с золотом взгляд Рейнарда. Вспомнила его слова, брошенные отцу: «Я выжгу их дома дотла… Я — ее магия».

Я подняла подбородок и впервые в жизни посмотрела старшей сестре прямо в глаза, не отводя взгляда.

— Он знает, кто я, Арабелла, — мой голос прозвучал на удивление твердо. — И он выбрал меня. А тебе остается только давиться своей злобой. 

— Ах ты… - зашипела сестра.

Ее лицо пошло красными пятнами. Она задохнулась от возмущения, не веря, что «мышь» посмела ей дерзить, но в этот момент в коридоре раздались тяжелые шаги, и сестры, поджав губы, поспешно выскользнули за дверь.

Церемония проходила в главном храме  города. Казалось, сюда съехалась вся местная знать. Когда огромные дубовые двери распахнулись, и отец повел меня к алтарю, храм утонул в шепотках.

Я чувствовала на себе сотни оценивающих, завистливых, удивленных взглядов. Слышала обрывки фраз: «Это та самая младшая?», «Ни капли магии!», «Чем она опоила генерала?», «Неслыханно…»

Глупо было отрицать, вся эта словесная грязь трогала меня, но стоило поднять глаза к алтарю, как весь мир перестал существовать.

Там стоял Рейнард. В парадном черном мундире, усыпанном орденами, с фамильным мечом на бедре. Он смотрел только на меня, и в его взгляде было столько собственнической гордости и нежности, что шепот толпы мгновенно стих. Никто не смел перечить выбору Алого Дракона.

Отец вложил мою дрожащую руку в большую, горячую ладонь генерала. Пальцы Рейнарда крепко сжали мою кисть, даря непередаваемое чувство защиты.

Жрец произнес древние клятвы. Я повторяла их как в бреду, опьяненная счастьем. Когда Рейнард надел на мой палец массивное кольцо, вспыхнула магия. От его руки отделилась светящаяся нить и обвилась вокруг моего запястья, оставляя легкий покалывающий след — брачная метка. Знак того, что я принадлежу ему, а он — мне.

Рейнард склонился и поцеловал меня. Это был нежный, целомудренный поцелуй. У меня закружилась голова, и если бы мой супруг не придерживал меня за талию, точно бы упала.

Я была так счастлива. В груди ощущалось тепло и сводящие с ума эмоции. Радость, надежда на новую жизнь с любимым человеком, который будет оберегать меня и заботиться.

Но все же этот столь памятный  день был омрачен.

Праздничный банкет едва начался. Родители сияли, принимая поздравления, сестры сидели с каменными лицами. Я расположилась во главе стола рядом с мужем, когда воздух перед Рейнардом вдруг пошел рябью. Появился призрачный, сотканный из синего пламени вестник в форме орла. Птица беззвучно открыла клюв, передавая послание, доступное лишь генералу, и рассыпалась искрами.

Все присутствующие притихли. Лицо Рейнарда мгновенно ожесточилось, челюсти сжались.

— Что-то случилось? — взволнованно прошептала я.

Он повернулся ко мне, и на долю секунды в его глазах мелькнуло что-то холодное, но тут же сменилось привычной заботой.

— Прости, моя лунная девочка, — он взял мою руку и поднес к губам. — Срочный вызов из дворца. Личный приказ императора, — Рейнард резко поднялся. Музыка смолкла. — Лорд Иллири, — его голос прогремел под сводами зала. — Прошу простить, но дела империи не терпят отлагательств. Я вынужден немедленно забрать свою супругу и отбыть в столицу.

В зале повисла гробовая тишина. Мать растерянно захлопала ресницами, а на губах Арабеллы тут же расцвела торжествующая, мерзкая усмешечка. «Сбегает. Даже брачной ночи не будет», — читалось в ее взгляде.