К нам подходит долговязый мужчина лет тридцати, глаза его прикованы к телефону.

— Доброе утро, Даррен, — тон Люс показывает, что она скорее хочет предупредить его о том, что находится на его пути, чем поприветствовать его.

— Боже. Я не знал, что ты придешь сегодня, — он поднимает взгляд, затем одаривает ее превосходной ухмылкой, которую мне сразу же хочется стереть с его лица.

— Почему бы мне не зайти?

— Стыд, может быть? После того, как ты спровоцировала своего мужа на насилие? Что с тобой не так? То есть, я как бы знал, что что-то не так, но...

— Ты называешь меня человеком, избивающим свою жену? — я положил руку на плечо Люс и обошел ее.

— Э... Что вы здесь делаете? — глаза Даррена расширились. Видимо, он не понимал, что я стою прямо за ней.

— Отвечай на вопрос".

— Я просто говорю…, — пробормотал он, глядя на Люс в поисках помощи.

Люс складывает руки.

Ты сам по себе.

Что за придурки работают в ее компании? Она должна уволить его прямо сейчас. Я бы так и сделал, если бы кто-то из моих людей посмел проявить неуважение ко мне.

— Как насчет этого? — сказал я, глядя на мужчину. — Закрой свой рот, если не знаешь, о чем говоришь. Иски о клевете дорого стоят. И я бы не хотел ничего больше, чем сделать тебя примером.

— Но я говорил не о вас! Я говорил о ней! — он вскочил.

— Ты подразумевал, что я ударил ее.

— Я просто имел в виду, что в том, что ты сделал, виновата она.

Кто-нибудь, уберите его лопату. Люс прикладывает руку ко лбу и закрывает глаза.

— Ты хочешь повторить это моему адвокату? — говорю я.

У него отвисает челюсть. Я выжидаю паузу, чтобы Люс могла высказаться. Но она лишь качает головой.

Я кладу руку ей на локоть.

— Пошли.

Бьянка встает из-за стола. Я жестом велю ей сесть и следую за Люс в комнату для совещаний. Мы единственные в огромном помещении с длинным столом и многочисленными стульями.

— Кто это был? — спрашиваю я, когда она усаживается во главе стола. Я занимаю место слева от нее.

— Наш финансовый директор. — она не встречает мой взгляд.

— И ты позволила ему так с тобой разговаривать?

—У нас с ним есть некоторая история, — она вздыхает, постукивая по краю стола.

— История?

Глава 29

Люсьенн

По тону Себастьяна я понимаю, что "история" - не совсем подходящее слово. Но уже слишком поздно. Тупой Даррен. Почему он не мог просто поднять глаза от своего телефона, сказать: "Доброе утро" и уйти?

— Мы были помолвлены, — говорю я наконец. — Очевидно, ничего не вышло.

— Ты была помолвлена с человеком, который не удосужился отнестись к тебе с уважением?

Он прав насчет отношения Даррена ко мне. И я должна была сделать что-то с этим раньше, пока это не вернулось и не стало преследовать меня.

Но я не хочу вдаваться в неловкие подробности моей неудачной помолвки с Дарреном и реакции моего дедушки и Родерика на то, чем все закончилось.

— Это сложно.

Давай не будем об этом говорить.

— За скольких мужчин ты пыталась выйти замуж?

Он меня осуждает? Меня передергивает.

— Я не знаю, почему это имеет значение.

— Есть ли еще в здании? —он оглядывается по сторонам, словно готов столкнуться с каждым мужчиной подходящего возраста. Затем он пренебрежительно машет рукой. — Неважно. Уволь его.

— Что?

— Уволь. Его, — он проводит пальцем по шее.

— Я не могу сделать это без достаточных оснований, — моя реакция быстрая и автоматическая. — Это будет выглядеть так, будто я мщу из-за неудачной помолвки.

— Он ведет себя непокорно, разговаривая с вами таким образом. Ты имеешь право избавиться от него за создание враждебной рабочей обстановки. Это твое королевство, Люс. Защищай его.

Я уставилась на него, обдумывая то, что он мне говорит. Я не понимала, что позволяю Даррену создавать для меня неблагоприятную обстановку, потому что он стал невозможным с тех пор, как его поймали с помощником. Но мой дедушка все разрешил, а в те времена все, что хотел дедушка, было законом. И у меня не хватило смелости потребовать, чтобы он уволил Даррена.

Но дедушка больше не в теме. Себастьян прав. Peery Diamonds - это мое королевство. Я должна его защищать.

Его совет одиннадцатилетней давности промелькнул у меня в голове. Борись за то, что принадлежит тебе.

Я должна бороться. Нет. Я должна бороться сильнее. Я проделала всю работу, чтобы стать независимой, но этого недостаточно, если я позволяю другим обращаться со мной грубо.

— Ты прав, — говорю я спокойно. — Я изучу наш трудовой договор с ним и посмотрю, что нужно сделать, чтобы избавиться от него.

Себастьян выглядит слегка ошеломленным.

— Почему ты так потрясен?

— Ты так легко согласилась.

Мне приходится смеяться.

— Звучит подозрительно.

— Ну, ты должна признать...