Небольшая береговая линия, уходящая за горизонт, кажется более достижимой теперь, когда Нейт держит меня за руку. План состоит в том, чтобы нырнуть под воду и прорваться через гребень волн, чтобы они отнесли нас к берегу.

Звучит просто, правда?

Он мягко сжимает мою руку и смотрит на меня, на его лице застыла улыбка.

— Готова?

— Настолько, насколько это возможно, — пытаюсь звучать уверенно, сильно, но мои слова звучат фальшиво. Страх очевиден в моём голосе, так же как и на моём лице.

— Есть вероятность, что нас затянет в водоворот, Пип. Не отпускай мою руку, и, если океан начнёт тянуть тебя, позволь ему. Позволь ему унести тебя, а я приду за тобой. Что бы ты ни делала, не паникуй... хорошо?

Моё лицо, наверное, выглядит комично.

Я обращаюсь к самым глубинам своей долговременной памяти и ищу всё, что знаю о подводных течениях.

Смерть.

Утопление.

Мощь.

Безвыходность.

Может, мне стоит прекратить поиски, пока я не довела себя до панической атаки.

Слишком поздно.

Молекула прошлого знания вырывается на передний план моего сознания: плыви в направлении берега, хотя я не уверена, насколько это верно. Моё дыхание учащается, когда панические уколы начинают проникать в мои нервы. Гул океана отходит на второй план, и шум, эхом раздающийся в моей голове, заставляет меня чувствовать себя запертой в аквариуме. Сердце колотится, я с трудом делаю полный вдох – мне кажется, что я задыхаюсь. По моему телу пробегают приливы жара, хотя кожа покрыта мурашками от холодной воды. Это чувство мне слишком хорошо знакомо. Чувство, которое я испытывала каждый раз, когда видела, как отец тянется за бутылкой. Я не могу это контролировать.

Я собираюсь умереть.

Чувствую, как что-то обхватывает меня за талию, и затем меня прижимают к стальной стене. Нет. Не к стальной стене. К груди Нейта, его рука держит меня, пока он пробирается по бурной воде. Он шепчет слова утешения, поощряя глубокие вдохи, считая ритм. Вспоминается другой момент и другое место – Нейт держит меня, успокаивая во время приступа паники.

Начинаю расслабляться, тяжёлое дыхание возвращается к норме. Я чувствую себя в безопасности. Прислонившись к Нейту, он покрывает мой висок нежными поцелуями, несомненно, ощущая на губах солёный привкус моей кожи. Покалывание в руках проходит, когда я крепко обнимаю его руку и выдыхаю дрожащий вздох. Закрываю глаза и сосредотачиваюсь на его прикосновениях и том, как его тело обнимает моё. Моё безопасное место.

— Ты в порядке, Пип, ты в порядке, — повторяет он, губами скользя по моему лицу, касаясь моей челюсти, прижимая свою щеку к моей.

— Я в порядке... Просто... Я так чертовски напугана, — с трудом сглатываю, когда буря утихает внутри. Чувствую тяжесть его взгляда, хотя мои глаза остаются закрытыми.

— Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, Элли. Я дал тебе это обещание давным-давно и никогда его не нарушал.

— Ты бросил меня, — эти слова вырываются из моих уст вопреки моей воле. Я оставляю глаза закрытыми, сжимая их от жгучей боли слёз. Чувствую, как его челюсть сжимается на моей щеке. Наверное, мне не стоит расстраивать человека, который обеспечивает мне безопасную доставку на берег. Того самого человека, который поклялся держать акул на расстоянии.

— Я никогда не бросал тебя, Пип. Так же, как и ты никогда не бросала меня. Я ушёл с твёрдым намерением вернуться. Даже если для этого пришлось бы убить другого человека, чтобы вернуть тебя, — рычит он, и его тон резче, чем когда-либо. — Позволь мне прояснить одну вещь, Пип. Ты моя. Ты всегда была моей и всегда будешь моей. До самого последнего вздоха... Ты. Моя. Даже после смерти ты будешь моей в любой загробной жизни, которая мне уготована, — решает он, не оставляя места для споров. — Когда я говорю, что никогда не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, это означает, что я отдам свою жизнь, чтобы обеспечить твою безопасность. Всегда. Потому что без тебя? Меня не будет.

Прислоняюсь головой к его плечу, чтобы посмотреть ему в глаза. Его слова висят между нами, единственные звуки, которые слышны – это плеск волн, заставляющий нас качаться на воде. Я вижу, как он изнуряется, пытаясь удержать нас на месте, борясь с течением, которое пытается разорвать нас. Знаю, что нам нужно двигаться дальше. Знаю, что мне нужно отпустить это. Вместо этого я смотрю ему прямо в глаза и шепчу:

— Как несправедливо. Всё это время я была твоей... а ты принадлежал Кэти.

Его объятия ослабевают, и он напрягается от моих слов. Так же быстро, как и появился, его шок проходит, и он снова крепко обнимает меня.