В кармане её джинсов, прижатый к бедру, тихо завибрировал телефон. Один раз. Коротко. Обычное уведомление. Она машинально потянулась за ним, её пальцы были онемевшими, непослушными.

Экран загорелся. Но это было не обычное сообщение. Фон интерфейса был чёрным. Текст — кислотно-зелёным, шрифтом, которого не было в её стандартных настройках. Сообщение пришло не через SMS или мессенджер. В верхней части экрана горел значок замка и аббревиатура, которой она не знала: «СЦКС-Prot». Защищённый канал.

Она прочитала текст. Сначала не поняла. Потом прочитала ещё раз. И её мир, уже треснувший и покосившийся, рухнул окончательно.

Не двигайся. Не кричи. Улыбнись Артуру. Скажешь, что тебе плохо, и пойдёшь в медпункт. Одна. Или он пострадает прямо здесь. Сейчас.

Текст был на английском. Без подписи. Без угроз, кроме одной, абсолютно конкретной. Фраза «пострадает прямо здесь» обожгла её мозг яркой, кинематографичной картинкой: Арт, хватающийся за грудь, падающий на грязный пол, кровь, растекающаяся по белому мрамору, крики, а над ним — бесстрастные лица солдат, один из которых — его старый друг, её мёртвый муж, — будет смотреть на это с холодным интересом.

У Мии не было ни секунды на сомнения. Ни на обдумывание, реален ли этот розыгрыш, может ли Адриан осуществить это здесь, среди сотен людей. Он мог. Он здесь был властью. Он был среди военных. У него были люди. Он только что доказал, что контролирует даже её телефон.

Инстинкт сработал быстрее мысли. Уголки её губ задрожали, затем медленно, мучительно поползли вверх, формируя нечто, отдалённо напоминающее улыбку. Она повернула голову к Арту. Его взгляд встретился с её оливковыми глазами. Он увидел эту улыбку, эту жуткую, застывшую маску на её белом как мел лице, и его глаза сузились от немого вопроса.

— Арт… — её голос звучал тонко, сбивчиво. — Мне… мне плохо. Голова кружится. Я, кажется, сейчас упаду.

Он мгновенно наклонился к ней, его рука потянулась ко лбу.

— Ты ледяная. Мне позвать врача?

— Давление, наверное. Нужно… нужно прилечь, но не в зале. Я хочу пройти в медпункт.

— Я пойду с тобой, — он уже начал подниматься.

— Нет! — её крик вырвался резче, чем она хотела. Она снова попыталась улыбнуться, чувствуя, как её лицо вот-вот развалится на куски. — Нет, оставайся здесь. Займи наше место. А то… а то потом не сядем. Я одна дойду. Медпункт, как сказали в инструктаже, у выхода 4Б. Я видела указатель.

Она говорила быстро, бессвязно, поднимаясь на ватных ногах. Её колени подкашивались. Арт встал вместе с ней, его лицо было искажено беспокойством.

— Мия, я не могу отпустить тебя одну в таком состоянии.

— Ты должен! — она прошептала отчаянно, хватая его за руку. Её пальцы впились в его запястье. — Пожалуйста. Останься. Для меня. Это важно.

Она посмотрела ему в глаза, пытаясь передать всё, что не могла сказать: что это приказ, что это ловушка, что его жизнь зависит от его неподвижности. Видела, как в его серых глазах борются забота, недоверие и растущее понимание, что происходит что-то не то. Что-то страшное.

Артур замер. Его взгляд скользнул за её спину, к сцене, где Адриан, казалось, совершенно не интересуясь происходящим в зале, изучал карту на планшете. Потом снова вернулся к её лицу. И в его глазах что-то щёлкнуло. Озарение. Ужас. Смирение.

— Хорошо, — тихо сказал он. Его голос был абсолютно плоским. — Иди. Я буду ждать здесь. Ровно здесь. Возвращайся быстро.

Это была его капитуляция. Его согласие на правила игры, которые он ещё не понимал, но уже чувствовал кожей. Она кивнула, не в силах больше ничего сказать, разжала пальцы и, шатаясь, пошла вдоль стены к указателю «Медицинский пункт / First Aid».

Она чувствовала на себе взгляд Арта. И чувствовала другой взгляд — тяжёлый, неотрывный, согревающий ей спину, как прицел снайперской винтовки. Она не оборачивалась. Она шла, подчиняясь невидимому поводку, как хорошо дрессированное животное. Каждый шаг отдалял её от Арта, от безопасности, от надежды. Каждый шаг приближал к призраку, который вышел из могилы, чтобы забрать своё.

В ушах у Мии звенело. Сообщение на экране телефона, которое она всё ещё сжимала в потной ладони, пылало зелёным огнём в её сознании. Это был не просто приказ. Это был ритуал передачи. Возвращения собственности законному владельцу.

И она, заложница бесконечности, которую он для себя выдумал, покорно шла на встречу.

Глава 5

Медпункт располагался в боковом крыле терминала, за звуконепроницаемой дверью с белым крестом. Тишина здесь была иной — не тревожной, а стерильной, клинической. В воздухе витал запах антисептика и пыли, застоявшейся в вентиляции. Белые стены, пластиковые стулья вдоль них, закрытая шторой процедурная, пустая стойка регистрации. Ни врачей, ни медсестёр. Никого.