Сегодня. 22:00.

Приговор был вынесен. Оставалось только привести его в исполнение.

Глава 6

Зал ожидания только с виду казался организованным, и это лишь подчёркивало абсурдность ситуации. Солдаты раздали тонкие матрасы и алюминиевые одеяла, которые были теперь повсюду на полированном мраморном напольном покрытии, что выглядело как шикарное подобие лагеря беженцев. Воздух гудел от приглушённых разговоров, плача детей, храпа тех, кому удалось отключиться. Большие экраны, обычно транслирующие рекламу и рейсы, показывали теперь карту города с зонами, выделенными красным, и бегущей строкой на трёх языках, призывающей к спокойствию и терпению. Иллюзия контроля ситуации, однако все понимали, что их судьба зависит не от этих экранов, а от невидимых переговоров где-то за дверями.

Арт нашёл место в относительно тихом углу, у стены с розетками. Он расстелил два матраса рядом, но оставил между ними расстояние в полметра. Рядом, но все же на расстоянии. Он оставил Мие право выбора - быть ближе к нему или все же сохранить дистанцию. Артур сидел, прислонившись к стене, его глаза были закрыты, но Мия знала — он не спал. Его тело было слишком напряжённым, каждая мышца будто прислушивалась к окружающему миру, сканируя его на угрозы. Он делал то, что всегда умел — создавал зону безопасности в эпицентре хаоса. Молча, без суеты.

Девушка стояла в нескольких метрах, наблюдая за ним, и её сердце разрывалось на части. Арт был похож на скалу, вокруг которой бушевало темное море, но скалу это совсем не тревожило, как бы не пенились волны. И через несколько минут она должна была взорвать эту скалу, уничтожить, растоптать, превратить в мелкие камни. Так требовал сценарий, который создал для нее Адриан.

Время, которое они провели после её возвращения из медпункта, было наполнено мучительным молчанием. Артур не спрашивал, что случилось. Он видел её опухшие глаза, её трясущиеся руки, её невозможность смотреть ему в лицо. Арт просто взял её руку, сжал, и больше ничего. Его молчание было красноречивее любых вопросов. Он знал. Возможно, не все детали, но суть — что случилось что-то необратимое, что их хрупкий новый мир треснул по швам. И он ждал, когда она будет готова сказать. Если будет.

Но Мия не могла сказать правду. Она могла только исполнить роль. Роль предательницы.

Девушка посмотрела на часы на телефоне. 21:55. Пять минут. Где-то в этом зале, вероятно, скрываясь в тени колонны или среди группы солдат, Адриан наблюдал. Он требовал зрелища. И она должна его дать.

Она сделала глубокий вдох, набирая воздух в лёгкие, как перед прыжком в ледяную воду. Внутри всё сжалось, сердце требовало найти другой выход. Но в голове стояла картина, которую он нарисовал: Арт, холодный, с остекленевшими глазами, в луже крови на грязном кафельном полу туалета. И это была бы её вина. Только её.

Мия подошла к матрасам и села на свой, спиной к Арту. Она чувствовала, как мужчина открыл глаза.

— Мия? — его голос был тихим, хрипловатым от усталости. — Ты в порядке?

— Я? — она повернулась к нему, и её голос прозвучал резко, слишком громко для шёпота, который царил вокруг. Несколько ближайших людей настороженно подняли головы. — В порядке, Арт? Как я могу быть в порядке? Посмотри вокруг!

Артур слегка отодвинулся назад, удивлённый её тоном.

— Я вижу. Да, мы в полной жопе. Но мы справимся, не стоит впадать в панику.

— «Справимся»? — она фальшиво рассмеялась, и этот звук задел даже её саму. — О чём ты говоришь? Мы заперты, как животные! Над нами летают самолёты, а мы сидим на полу и ждём подачек! И ты… ты просто сидишь! Сидишь и ждёшь, когда всё само рассосётся!

Мужчина медленно выпрямился, его лицо стало осторожным, изучающим.

— Я делаю то, что могу. Стараюсь оставаться с холодным рассудком и не привлекать лишнего внимания. А так же быть рядом с тобой.

— Быть рядом? — она встала, теперь её голос набирал силу, театральную, истеричную. — Ты всегда просто «был рядом»! Когда вокруг был хаос в аэропорту — ты был рядом. Когда эти солдаты с автоматами смотрят на нас как на скот — ты рядом! Но ты ничего не делаешь! Ты никогда ничего не делал! Ты всегда просто был рядом!

Мия видела, как её слова ранят, как каждая фраза — отточенный клинок по сценарию — вонзается в самое незащищённое место. Но в его глазах, которые она ожидала увидеть полными боли и гнева, она увидела нечто иное. Глубокую, бездонную печаль. Кажется, Артур никогда не простит ей этого. Но он смотрел не на истеричную женщину. Арт смотрел сквозь неё, как будто читал текст, написанный невидимыми чернилами поверх её слов.

— Мия, — сказал он тихо. — Не говори так.