Зрительный контакт — прямой и открытый, будит во мне воспоминания двухдневной давности. Приглушённый свет, сигаретный дым, бьющаяся в перепонках музыка. Твёрдость под бёдрами. Часто вздымающаяся грудная клетка.

После этого выступления я долго ворочалась в постели. Дело было вовсе не в скандалящих соседях, а в том, что я слишком впечатлилась новым для себя опытом. Первым опытом, который нельзя было назвать плохим, но и хорошим тоже.

Поэтому сны, которые приходили ко мне, были беспокойно тёплыми. Настолько, что под утро мне пришлось сменить и майку, и белье.

— Добрый вечер, — говорю я после короткой паузы. — Что-нибудь выбрали?

Опустив взгляд, Святослав изучает мой бейджик с именем «Даяна».

Это я разительно отличаюсь от той, какой он видел меня в мужском клубе. А он совсем не изменился. Только вместо рубашки и брюк — футболка-поло и джинсы. Часы те же. Обручальное кольцо — на месте.

— Мне что-нибудь бодрящее, пожалуйста, — просит Святослав, возвращая взгляд к глазам. — Чтобы не вырубиться за рулём.

Это очень размытое понятие, как и у большинства клиентов. Но его просьба почему-то не бесит. Как и он сам. Может, потому что не требует немедленно вернуть деньги. А может, потому что ещё при первом знакомстве оставил о себе кое-какое впечатление.

— Двойной эспрессо подойдёт?

— Давай, — спокойно кивает.

— Вам с собой?

— Здесь выпью, — бросает Святослав, сцепляя пальцы в замок.

Посетителей становится меньше, но в кофейне мы по-прежнему не единственные. За одним столиком сидит парочка влюблённых, за другим — женщина с ноутбуком и стопкой распечаток.

Я подхожу к кофемашине, машинально ставлю чашку под носик и наблюдаю, как начинает литься густой тёмный кофе.

Между лопаток давит и печёт. Под волосами выступает испарина. Я включаю кондиционер, чтобы добавить хоть каплю прохлады, но легче от этого не становится.

Отчего-то кажется, что множество вопросов, которые вертятся у меня в голове, точно так же вертятся и у клиента.

Это случайность или нет? Почему он здесь? Сделает вид что не узнал или все-таки скажет что-нибудь?

Я кладу на блюдце ложку и три маленьких розовых безе. Они полагаются не всем подряд. Тем более не в таком количестве. Но для него я делаю исключение.

Другая выпечка на витрине уже не самая свежая, а безе готовили буквально сегодня.

— Прошу, — говорю я, пододвигая блюдце с чашкой к самому центру. — Сахар можно взять в коробке рядом с салфетками. Столько, сколько нужно.

— Спасибо, — произносит Святослав.

— Всегда пожалуйста.

Он по-прежнему стоит, облокотившись локтями о стойку. На стул не садится.

Плечи широко расправлены. Голова чуть наклонена вперёд.

Только сейчас я отмечаю, что Святослав — высокий мужчина. Примерно под два метра ростом.

— Неожиданно, — в конце концов отзывается он.

Шумно выдыхаю.

Сглатываю.

Я была бы рада, если бы у кассы стояла очередь. Это избавило бы и меня, и его от неловкости. Но, к сожалению, в кофейню больше никто не заходит.

Поэтому я начинаю протирать рабочее место и параллельно отвечаю:

— Что именно? Что у шлюх бывает дополнительная подработка?

Святослав ничуть не смущается. Похоже, его забавляю и я, и этот разговор. Вся ситуация в целом.

— Да. Казалось, шлюхам платят достаточно, чтобы не распыляться.

М-м…

Меня сложно назвать эмпатичной, но сейчас я чувствую, что у него немного другое настроение. Менее напряжённое. Более ироничное. Во всяком случае, он больше не держится за телефон так, как раньше.

Я вздёргиваю плечами, поднимая подставку с салфетками:

— Хочется хоть иногда переключаться на что-то светлое. Вы же не думаете, что нам приятно плясать полуголыми возле пьяных мужиков, ловить их липкие взгляды и всё время отдёргивать руки?

— Нет? — уточняет Святослав, чуть выгибая бровь.

Сделав максимально брезгливую гримасу, я отворачиваюсь к нему спиной и бросаю через плечо:

— Нет, конечно. Это отвратительно.

16.

***

До закрытия кофейни остаётся всего двадцать минут.

Это и много, и мало. И будоражащее, и нервно, и даже занятно. Смотря под каким углом посмотреть.

Как любила повторять владелица «Горького сахара» Вероника, работа баристы — это не только варить кофе, но и создавать атмосферу, разговаривать с посетителями и поднимать им настроение. Желательно — читая их между строк.

Цели обслуживания Святослава в «Офлайн» и в «Горьком сахаре» различаются по степени приличия.

Здесь мне хотя бы не нужно показывать шоу. Снимать бюстгальтер и ёрзать бёдрами у него на стояке. Я больше не подарок. Не товар. Не вещь. Но цель, по большому счёту, та же, если не вдаваться в нюансы.

Угождать.

Развлекать.

Радовать.

В общем, ничего такого. Почти. Проблема только в том, что недавнее взаимодействие со Святославом до сих пор сидит на подкорке и время от времени отдаётся под кожей непрошеной тёплой дрожью. Если бы не это, я бы держалась куда смелее. Шутила, делилась смешными историями, задавала вопросы.