— Ага. — Я набрасываю галстук на шею. — Он все предусмотрел. Знал, что я не уверен насчет работы на него, поэтому подготовил запасной план. — Я рассказываю ему о Дэвиде и о том, как мою 19-летнюю сестру засватали этому типу. — Она будет рожать детей и поддерживать его до конца своих дней. Я не могу этого допустить.

Я хватаю пиджак, сумку и захлопываю дверцу шкафчика.

— Акс, — Риз тщательно подбирает слова, — ты не можешь спасти всех.

— Что? Что это значит?

— Защищать других — это твоя натура. Сетка, твоя команда, твоя девушка. Я знаю, ты любишь сестру, но у нее своя жизнь. — Он хмурится. — Она вообще хочет твоей помощи?

— Она не знает, чего хочет, — возражаю я. — Она думает, что хочет того же, чего хочет отец.

— Чувак, ты себя слышишь? Чем это отличается от того, как твой отец решает за нее?

— Это другое, — упрямо говорю я. — Я просто хочу, чтобы у нее был выбор.

— Знаю, тебе сложно это принять, но технически она взрослый человек. Это ее решения. И пусть ты с ними не согласен, но Надя... она здесь. И, по какой-то безумной причине, она хочет быть с татуированным, исправившимся экс-бабником с пирсингом. И, блядь, у тебя есть выбор. Отличный выбор. И, возможно, он даст тебе шанс помочь Шелби потом, если она захочет.

НХЛ.

— Я сказал тренеру, что не хочу участвовать в драфте.

— После сезона без единого поражения и такой игры, как сегодня, уверяю тебя, еще не поздно.

Правда в том, что я всю жизнь бежал в сторону клетки, и все, что за ее пределами, никогда не казалось мне реальным. Может, я был в такой же ловушке, как и Шелби. А может, просто боялся.

Но, так или иначе, пришло время решить, какую жизнь я хочу прожить и с кем.

Глава 23

Надя

Я сразу поняла: если он не выходит вместе со всеми, значит, что-то не так.

Рид появляется в фиолетовом костюме в полоску и авиаторах, несмотря на то, что на улице уже темно. Оставив последний автограф, он подходит ко мне и Твайлер.

— Вы идёте на вечеринку сегодня в Поместье? Я буду диджеить.

— Я обещала Ризу заглянуть на пару минут. Завтра рано уезжаю в Теннесси. — Она бросает взгляд на телефон. — Где он, кстати?

— Тренер вызвал Акса к себе. — Его взгляд скользит ко мне. — Думаю, он остался, чтобы выяснить, в чём дело. — Он машет рукой. — Увидимся дома.

— Думаешь, у него проблемы? — спрашиваю я.

— Из-за того эпизода в конце? Возможно. Но они же выиграли, так что вряд ли тренер Брайант будет его сильно пилить.

Меня гложет ощущение, что его задерживает вовсе не тренер, и, подождав ещё пять минут, я говорю Твайлер:

— Пойду проверю, всё ли с ним в порядке.

— Ты уверена? — она беспокойно смотрит на двери арены. — Если тренер Брайант и правда зол, тебе не стоит вмешиваться.

— Я просто хочу убедиться, что он в порядке. — Сжимаю её руку. — Если он или Риз выйдут, напиши мне.

— Ладно, но если у тренера Брайанта вздулась вена на лбу, беги. Не иди, а именно беги.

— Поняла.

Я пробираюсь сквозь оставшихся болельщиков и выхожу в холл. Теперь я знаю дорогу к раздевалкам.

Тёплый воздух холла приятно обволакивает кожу, но едва я направляюсь к лестнице, как ко мне подходит мужчина, называя меня по имени.

Впервые вижу отца Акселя так близко. Он красивый, старшая копия сына, но без пирсинга и татуировок. Его волосы скорее седые, чем светлые, но тёплая улыбка настолько знакома, что я замираю.

— Мисс Беквит?

— Да.

— Я Нолан Рейкстроу. Можно поговорить с вами минутку? — добавляет он. — Это касается моего сына, Акселя.

— Я как раз собиралась его найти.

— Он, возможно, задержится. Это ненадолго. — Он указывает на скамейку у кассы. — Прошу.

Я сажусь, испытывая смесь любопытства и подозрения. Аксель точно не знал, что отец приедет на игру. Это было видно, когда он заметил его после перерыва. На секунду он растерялся но, как всегда, быстро взял себя в руки.

Он садится рядом, закидывая ногу на ногу.

— Я поговорил с Акселем после матча, поэтому уверен, что ему потребуется ещё немного времени. Нам нужно было обсудить текущие события его жизни и то, как они повлияют на его будущее.

— Хорошо.

— Мисс Беквит...

— Можете звать меня Надя.

— Надя, конечно. — Он напряжённо улыбается. — Когда мне было столько же, сколько Акселю сейчас, я уже учился в колледже, но при этом был женат и проповедовал в церкви своего отца каждое воскресенье. Вся моя жизнь была распланирована, и хотя это приносило утешение, иногда я чувствовал, что чего-то не хватает, мирского опыта, которым я не мог поделиться с паствой. — Он откидывается назад. — Я чувствовал, что не всегда могу понять их трудности. Мне не хватало знаний, и тогда я решил: когда мой сын вырастет, я дам ему свободу исследовать жизнь, чтобы, когда придёт время, он был готов вести свою паству. — Он кивает в сторону дверей, ведущих ко льду. — Поэтому я всегда позволял ему заниматься спортом. Даже на таком уровне. Позволял ему все это бунтарство, получить образование, увидеть мир. Всё это было лишь подготовкой к главному, к Королевству.