- Не то чтобы я так сильно интересовалась этим вопросом, - пробормотала, стараясь с явным опозданием исправить ситуацию и реабилитироваться. – Просто… раз уж давят так сильно при дворе, не проще ли сыскать супругу, чтобы оставили в покое?

Феликс посмотрел на меня с хитрой искоркой в глазах.

             – А кто его знает, сударыня. Может, не встретил ту, что не испугается этих… – махнул рукой вокруг, – стен. Или той тишины, что в нем самом. Или, простите мою дерзость, не встретил ту, что увидит за «драконом» и «демоном» просто уставшего мужчину, который обожает читать сатирические памфлеты за чашкой слишком крепкого кофе и ненавидит, когда мухи жужжат над ухом.

Это было сказано с такой теплотой и преданностью, что у меня защемило сердце.

– А дракончики? – решила сменить тему. – Они всегда такие ручные?

– Ручные? – Феликс рассмеялся. – О, они терпят его светлость, потому что он их кормит кристаллами лунного света. А меня допускают, потому что я ношу угощение. А вот с чужими… Будьте осторожны, сударыня. Золотистый, Рыжик, любит стащить что-нибудь блестящее и спрятать. А вороной, Ночка, обожает пугать, внезапно выпрыгивая из темноты. В прошлом месяце он так напугал продавца угля, что бедолага выронил всю сумку и убежал, крича, что в замке завелась летучая мышь размером с собаку.

Я засмеялась. Представить эту сцену было слишком легко.

– Значит, замок не такой уж и пустой.

– Пустой? – Феликс покачал головой. – Да он кишит жизнью! Книги, дракончики, тени в библиотеке (безобидные, уверяю), призраки былых пиров (только по субботам и совершенно трезвые), да я сам! Просто жизнь тут… тихая. Не всякая душа ее выдержит.

Посмотрел на меня оценивающе, и я снова покраснела. Даже представлять не хочу, какие мысли у него в голове в тот момент разгуливали вальяжно, держа друг друга под ручку.

– Пойду, пожалуй, в библиотеку, – поспешно сказала я.

– Прекрасная идея, сударыня, – кивнул Феликс, и его взгляд говорил: «Иди, милая. Побудь в его мире. Посмотрим, что из этого выйдет».

Глава 15 Храм

Библиотека оказалась еще больше, чем я предполагала. Два этажа галерей, уставленных темным дубом, уходили ввысь. Воздух был наполнен запахом старой бумаги, кожи и воска. Свет струился сквозь высокие окна, освещая мириады пылинок, танцующих в ленивых лучах.

Я замерла на пороге, охваченная благоговейным трепетом. Это был храм. Мой храм.

Потом я увидела черные переплеты. Они стояли на самой верхней полке западной галереи, отделенные от других книг пустым пространством, как карантинные больные. От них словно веяло холодком. Я решительно отвернулась. Не время. Совсем не время. Забыть. Не вспоминать. Не думать!

Я бродила между стеллажами, касаясь корешков пальцами. Тут были и древние гримуары, и современные романы, и трактаты по алхимии, и сборники народных сказок. И вдруг мой взгляд упал на знакомое название: «Зло выходит замуж, или Мама для исчадий ада». Один из моих любимых романов! Все от той же миссис Амеличевой. Надо перечитать. Я потянулась за книгой…

И почувствовала, как что-то мягкое и теплое упало мне на голову.

Я вскрикнула. С моих волос сползло и устроилось на плече маленькое золотистое существо. Рыжик. Он мурлыкал, как крошечный кот, и тыкался холодным носиком в щеку, явно выпрашивая внимание.

– Эй, пушистый разбойник, – прошептала с облегчением, – слезай. Я тут по делу.

Рыжик проигнорировал мои слова, умостился поудобнее, обвил хвостом мою шею и закрыл глаза. Тут же послышалось сонное сопение – похоже, малыш решил подремать. Пришлось идти с ним. Я нашла уютный уголок у окна с диванчиком, взяла «Зло выходит замуж…» и погрузилась в чтение.

Не знаю, сколько времени прошло, когда услышала крадущиеся шаги. Я подняла глаза. По ковру, прижимаясь к теням, полз Тощий. В руках он держал… серебряную солонку со стола в столовой. Бандит оглянулся, увидел меня и замер, изобразив на лице панический ужас.

Рыжик на моем плече приоткрыл один глаз и завилял кончиком хвоста.

Тощий отчаянно замотал головой, прижал палец к губам (ш-ш-ш!), а потом начал показывать пантомиму: он «увидел» солонку на полу, «поднял» ее, «протер» и теперь «нес» ее… куда-то. Вероятно, в безопасное место. От дракончика. Который спал.

Я прикрыла лицо рукой, чтобы не расхохотаться. Барни, пользуясь моментом, бросился к ближайшей вазе, сунул в нее солонку и с видом выполнившего свой долг героя пополз обратно.

В этот момент с верхней галереи спикировала Ночка. Она, как черная молния, пролетела прямо перед носом у разбойника, ловко выхватила из вазы солонку и унеслась с ней ввысь с торжествующим писком.

Тощий застыл на четвереньках, уставившись в пустую вазу. Его лицо было шедевром немого отчаяния. Он посмотрел на меня. Я не выдержала и рассмеялась.

Разбойник сгорбился, махнул рукой, будто говоря «пропало все!», и пополз прочь, потерпев сокрушительное поражение в битве с летающим вором.

Рыжик на моем плече замурлыкал еще громче.

В библиотеку заглянул Колобок. Покосился на своего напарника по беспределу, вздохнул и пробормотал: