— Так… Это ты мне типа сейчас приказ отдала? — вопросительно выгнул я бровь. — Давай-ка для начала кое-что проясним. Во-первых, я — парень в расцвете сил, который три дня путешествовал с красивой девушкой своего возраста и три ночи спал, прижимаясь к ней всем телом! — легонько ткнул пальцем в её грудь, отчего она тут же рефлекторно отшагнула назад и со смущением на лице закрыла её руками. — Естественно, мне после такого пиздец как хочется трахаться, так что вместо возмущений тебе стоит сказать спасибо, что не пытался присунуть тебе, ну или на крайний случай просто не начал в любой рандомный момент дрочить! А ведь я мог бы, поверь! Во-вторых, я не знаю, с чего это, но ты вдруг решила, что я на твоей стороне! Это, блять, нихера не так! Я срать хотел на тебя, на твоё тяжёлое положение и проблему королевства! Я лишь на своей стороне! На своей — и точка! И то, что мы путешествуем вместе, ничего, сука, не означает! Мне просто выгодно доставить тебя в целости и сохранности твоему дорогому дядюшке, чтобы выклянчить у него за это гору золота побольше, которой мне с лихвой должно хватить во время моего грядущего путешествия с одной единственной целью — понять, как вернуться домой! Теперь до тебя дошло?! Я — сам по себе! Ты — сама по себе! Если наконец дошло и ты не желаешь следующие полчаса участвовать в тройничке — сваливай на хер из комнаты!

Груб ли я? Да. Перегибаю? Бесспорно, да. Зато она наконец свалит и, может, заодно перестанет строить невесть какие планы на меня.

— Ты… — сжала она кулачки, нахмурив брови и забавно пошмыгивая, пока её губы напряжённо подрагивали. — Да пошёл ты! Мудак!

После этого не прошло и пары секунд, как дверь комнаты была с силой захлопнута, оставив внутри лишь повисшее тяжёлое напряжение.

Глава 4

Кажется, я понял, почему некоторые мужчины просили её раздеваться во время мытья.

Поначалу мне показалось это странным, ведь основной замысел водных процедур изначально до ужаса прост — избавиться от грязи и вони, так что незачем его усложнять, но… когда тебе в этом помогает красивая обнажённая девушка, большая грудь которой постоянно касается твоего тела…

В общем, это на удивление куда приятнее, чем кажется.

Ну и вишенка на торте, когда прелюдия подходит к концу и девушка вытирает тебя полотном ткани, действия резко переходят на кровать с конечным, так скажем, сбросом всего накопившегося напряжения в теле. Причём ограничиваться одним разом не приходится.

После трёх дней и ночей сдерживаний это было подобно глотку свежего воздуха. В моменте даже мой внутренний хомяк перестал жалеть о выбитых из меня стариком монетах — вот настолько было хорошо. Только вот дальше, не считая одного момента… было ещё лучше.

Встав с кровати и накинув на себя всё то же платье, девушка спустилась вниз и вскоре вернулась с едой на подносе. С горячей, только что приготовленной едой…

Да, эти блюда даже близко не верхушка кулинарного мастерства — всего лишь-то непонятный суп на мясном бульоне, будто вобравший в себя все имеющиеся на кухне ингредиенты, картофель в мундире с луком и варёными яйцами, а также дерьмовый эль — но это всё равно в разы лучше закоченевшего вяленного мяса, твёрдого как кирпич хлеба и протухшей рыбы, от которой меня уже блевать тянет.

Единственный же минус — странный, мягко говоря, запашок.

Ранее я его не замечал, ибо он смешивался с преобладающими запахами, свойственными любой таверне. Однако, что во время близости с девушкой, что во время употребления еды… я отчётливо ощущал запах гнили. Такой, что от одного вдоха блевать хотелось.

И всё же мне слишком сильно хотелось трахаться и поесть что-то свежеприготовленное, чтобы акцентировать на этом своё внимание. Посему во время секса просто старался держать голову подальше от девушки, а во время еды пытался лишний раз не дышать — и так эта проблема была с лёгкостью решена.

— Фух, — довольно выдохнул я, доев и отложив поднос на край кровати.

Кстати, интересно, где там принцесса? Полчаса уже давно прошло, ещё и в деревне удивительно тихо даже для ночи. Вряд ли, конечно, что-то произошло — скорее, просто на меня обиделась, вот и не идёт, — но если не поторопиться, её порция ведь остынет, а воду заново придётся подогревать, что старикан наверняка включит в счёт. Пойти, что ль, её поискать? Всё же если так подумать… вероятно, я был слишком груб с ней — даже не подумал войти в её положение. Ладно, смысл ходить вокруг да около? Как ни посмотри, а она права — я тот ещё мудак…

— Тц, — раздражённо цыкнул языком, поднявшись с кровати. — Я сейчас приду.

— Стойте, — со смущением на лице остановила меня сидящая рядом девушка.

—?..

— Вы ведь наверняка ещё захотите переспать со мной этой ночью…

— И?

— Если это возможно… я бы хотела покончить с этим сейчас. Чтобы больше вам этого не хотелось…

Это из-за той сцены с принцессой? Боится её повторения? Хотя вряд ли.

Пускай она и спит с мужиками за деньги, однако всё ещё остаётся человеком, так что наверняка предпочтёт спать в своей комнате, а не заниматься на протяжении всей ночи удовлетворением клиента, позабыв о своём собственном комфорте.

В таком случае я её могу спокойно отпустить, но… будем честны, я не такой добрячок. Пойти на уступки могу, однако играть роль святоши не собираюсь — не моё это явно. Так что, раз уж деньги уплачены, так почему я не должен пользоваться приобретённым товаром? К тому же неизвестно, сколько пройдёт времени до следующей подобной таверны — не хочу опять путешествовать хрен знает сколько со стояком.

— Так уж и быть, — согласился я и присел обратно, залезая рукой под подол её платья, вновь ощущая её шелковистую кожу. — Что-то я немного устал, так что разберёмся по-быстрому…

***

— Становится прохладно… — ёжась, произнесла принцесса, кажется, в сотый раз проходя мимо таверны, в которой они остановились.

Каждый раз, смотря на неё, её переполняло лишь одно чувство — раздражение. Бурлящее, разъедающее изнутри раздражение.