Мне сейчас так хорошечно на душе, что не хочется копать и ковырять, требовать и устраивать ей расспросы о ее бывшем мудаке. Бывшем же? Да похуй. Подвину, если надо. Сила есть, мозги тоже. Справлюсь.

А сейчас хочется совсем другого, например,: уложить маленькую обломщицу спать, перебраться с ее секси мамочкой на девчачий диванчик, сгрести в охапку и посмотреть фильм, а там кто знает, досмотрим или нет.

Но из моих фантазий меня вырывает бряканье ключей. Какого…

Встряхнувшись, чуть выпрямляюсь на стуле и нахмуриваюсь, замечая в руках Сони связку.

С натянутой улыбкой она кладет передо мной на стол ключи.

— Ты можешь идти.

И все, что секунду назад растекалось в груди, как тающее на жаре масло, сейчас врастает замерзшими иглами.

— Если хочешь? — продолжаю за нее, будто она не закончила. Но она закончила. И ее натянутая улыбка смягчается, становится виноватой, мол, прости, но тебе и вправду пора.

А внутри меня все вспыхивает синим пламенем, как волосы Аида из мультика. Че за нахер? Приручила, а потом за дверь?

Тяжело сглотнув, перевожу взгляд на притихшую и наблюдающую за нами малую, и с трудом перевариваю неуместное желание рассмеяться.

Ну чумазая пипец, пальцы врастопырку тоже все обделанные в масле и варенье.

Ну давай, красотка, выручай.

Соня прочищает горло и опирается бедром на стол, заслоняя мне обзор на свою дочь.

Но мне и новый обзор нравится. Фигурные бедра, которые отлично подчеркивают обтягивающие джинсы, полоска обнаженной кожи из-под задравшейся футболки. Хочется протянуть руку и подцепить край пальцем, чтобы задрать повыше и оголить пупок, но, чувствую, я тогда оставлю эту руку здесь.

Сглотнув набежавшую слюну, поднимаю взгляд выше и встречаюсь со строгим лицом моего Ангела.

— Тебе пора, не стоит сбивать свой режим. А мне нужно подготавливать Варю ко сну.

Ну ни хера. Ты мой режим уже и так переписала. Потребности изменились. Я без десерта не уйду. И я не про ее восхитительные блины. Хотя без них, пожалуй, тоже.

Дергаю плечом, мол окей, совершенно не подавая вида, что понял ее намек.

— Я подожду. К тому же я не закончил.

Стягиваю еще один блин и демонстративно, игнорируя, как увеличиваются ее глаза, откусываю. М-м-м… Стону вслух и прикрываю глаза.

А когда открываю, тарелка со стола уже взлетает в воздух, и я не успеваю среагировать, как она уже пролетает над моей головой и оказывается в микроволновке, куда ее убирает Соня.

Она разворачивается, и теперь на ее губах стопроцентная стервозная улыбочка.

— Теперь закончил. Как и ты, моя дорогая.

Соня подходит к Варе и, взяв ее на руки, выходит с ней из кухни.

Малая вертится, Соня уворачивается от грязных рук дочери, а я, поймав ее взгляд глазок-пуговок, салютую ей с поджатыми от досады губами.

С твоей мамочкой разговор короткий.

Я слышу возню. Судя по звуку воды и борьбе, Соня в ванной пытается умыть дочь, и Варе не нравится данное мероприятие.

Соня тоже не в восторге. Звук воды заглушает внезапный топот и смех.

— Варя!

Я в ожидании смотрю в проход кухни. Топот приближается.

— Ну ты сейчас у меня отхватишь! — доносится угроза Сони, но детский смех превращается в визг.

Малая ускоряется с раскинутыми в стороны руками, но не вписывается в поворот и заваливается на пол.

Пытается подняться и ржет, оттопыривая попец вверх. Мои щеки болят, и я не сразу осознаю, что сам ржу от происходящего блокбастера.

Соня выскакивает с полотенцем, а малая по тапкам и с визгом несется ко мне как мини-гризли. Я наклоняюсь, чтобы указать ей полосу посадки и поймать, но ее мать оказывается быстрее и перехватывает малую раньше.

Визг на всю кухню, пока Соня вытирает Варе полотенцем лицо и руки, что выглядит, как обряд экзорцизма, и это тоже улыбает.

Соня подкидывает дочь на руках и бросает на меня гневный взгляд.

— Ты дурно на нее влияешь. Иди, пожалуйста, домой. Ребенку спать пора.

И с этими словами она выходит из кухни, надеясь на…что? Что я подхвачу ключи в зубы и побегу выполнять приказ? Она, конечно, деловая мадам, но я тоже не промах.

А время, между прочим, тянется. Прислушиваюсь к тишине и даже не знаю, хороший это знак или как, но тут же все встает на свои места, когда я слышу заливистый ржач мелкой. Интересно, а твоя мама умеет смеяться?

Скучающий вздох заполняет тихую кухню. Я рассматриваю детали: розовые полотенца с рюшами, декоративные свечи, алфавит из магнитиков на бледно-розовом холодильнике, цветы в горшках на окне, развешанные на розовых стенах рисунки, половину которых я вообще не понимаю, будто наблевал единорог, но занятно.