Пожалуй, я была бы даже рада, если бы у нее все получилось. Тогда Аделаида получит то, что хотела. Уедет на север, а я смогу остаться здесь и не рисковать собой, выполняя поручение отца.

Но князь… страшно представить, в какую ярость он придет, если Аделаида своим поступком спутает ему все карты.

Пожалуй, я бы могла сейчас рассказать ей всю правду. Предостеречь ее от опрометчивых решений. Но сомневаюсь, что княжна станет меня слушать. Аделаида всегда поступала по-своему.

— Я не собираюсь в этом участвовать, — покачала я головой, отступая на шаг.

— Еще как собираешься, — прошипела она, хватая меня за запястье и не давая уйти, — Иначе я прикажу высечь тебя плетью. Как думаешь, тебе понравится ходить с разодранной спиной?

_______________

Дорогие мои! 🩵 Мне захотелось добавить в эту книгу немного визуалов героев. Надеюсь, вам они тоже понравятся 🩵

И начнем мы с Аделаиды.

Глава 10

Я стояла под дверью гостевых покоев, которые выделили владыке, с бутылкой вина в руках, и отсчитывала время, на которое мы условились с Аделаидой, прежде чем войти.

Пробку в бутылку удалось вставить с большим трудом. Но приносить ее полностью откупоренной было слишком подозрительно.

Согласиться участвовать в затее Аделаиды мне все же пришлось. У нее был такой взгляд, что я даже не сомневалась в том, что она претворит свою угрозу в жизнь и прикажет меня выпороть, если я откажусь.

Княжна, конечно, была капризной, заносчивой и немного эгоистичной. Но никогда раньше она себя не вела подобным образом. И я даже не могла предположить, что ее одержимость владыкой севера настолько сильна.

Но все же, если быть до конца откровенной хотя бы с самой собой, то я хотела, чтобы у Аделаиды все получилось. Пусть она едет на север, следит за владыкой и докладывает все отцу.

Однако вместе с надеждой во мне поселился и страх. Страх того, что всю вину за поступок Аделаиды опять повесят на меня. Я с ужасом представляла, какое наказание меня может ждать в случае, если поступок княжны спутает отцу все планы. И молилась, чтобы этим наказанием стало что-то менее жестокое, чем плеть.

Наконец, отсчитав последние секунды, я постучала по деревянной поверхности двери. И услышав донесшийся из комнаты голос Аделаиды, дозволяющий мне войти, толкнула дверь, осторожно ступая внутрь.

Владыка стоял у камина, сложив руки на груди. Когда дверь отворилась, он повернул голову и наградил меня таким тяжелым, давящим взглядом, что мне тут же захотелось развернуться и сбежать.

Но вместо этого я замерла на месте, чувствуя, как ноги прирастают к полу. Я не могла себе позволить уйти, но и пройти в комнату почему-то не решалась.

— Аэлин, — с нажимом произнесла Аделаида, привлекая к себе мое внимание.

Повернувшись к княжне, которая сидела в кресле напротив владыки севера, я поймала ее предостерегающий взгляд и, наконец, смогла сбросить с себя оцепенение.

Двинувшись к Аделаиде, я поставила бутылку с вином на столик, стоящий от нее по правую руку. Достав из кармана штопор, откупорила бутылку, постаравшись встать так, чтобы спиной загородить обзор владыке.

Главное, чтобы он не заметил никаких странностей.

— Спасибо. Можешь идти, Лин, — кивнула княжна вполне доброжелательно.

Так, будто еще четверть часа назад не грозилась выпороть меня плетью за неповиновение и не описывала в красках, насколько это будет мучительно больно.

Я молча поклонилась. Затем медленно выпрямилась и развернулась, желая как можно скорее отсюда уйти. А потом и вовсе было бы неплохо где-то спрятаться и отсидеться, пока все не закончится.

Но, увы. Мне предстоит еще раз сюда вернуться и выполнить последний пункт омерзительно бесчестного плана Аделаиды.

Я уже успела дойти до двери и даже взяться за дверную ручку, когда вдруг за спиной раздался властный голос владыки.

— Стоять!

Я испуганно замерла на месте, вцепившись пальцами в дверную ручку. Сердце стучало в груди так громко, что мне казалось, что его оглушительный стук сейчас выдаст нас с Аделаидой с головой.

Лишь через пару вздохов мне удалось хоть немного унять страх и найти в себе силы для того, чтобы повернуться и взглянуть на владыку.

Его голубые глаза смотрели на меня мрачно и пристально, но лицо не выражало никаких эмоций. Лишь ледяная маска и не более.

— Подойти к столу, — произнес он таким тоном, что у меня даже и мысли не возникло о том, чтобы его ослушаться.

Стараясь не смотреть на Аделаиду, я подчинилась и, покорно шагнув вперед, замерла возле стола, пытаясь выглядеть спокойно и невозмутимо.

— А теперь возьми бутылку и дай ее мне, — не сводя с меня ледяного взгляда, отдал владыка новый приказ.

Зачем ему понадобилось, чтобы это делала именно я, и почему владыка сам не мог подойти и взять бутылку, я не понимала.

Но ослушаться его в данных обстоятельствах я бы не посмела.