– Я серьезно! Слетай в Нью-Йорк на выходные, обсуди детали книги и займись сексом, – она улыбнулась, когда Пегги Ричардсон опустила челюсть, явно услышав нас, когда проходила мимо. – В принципе, это можно назвать многозадачностью. Рада тебя видеть, Пегги! – Хейзел даже помахала рукой.

Пегги поправила ремешок сумочки и продолжила идти по улице.

– Ты невероятна, – я закатила глаза.

– Да ладно. Если ты не хочешь делать это для себя, сделай для меня. Ты видела его фотографию на пляже, которую я тебе вчера прислала? На животе этого мужчины можно стирать белье, – она просунула свою руку через мой локоть, и мы отправились обратно по улице в медленном темпе.

– Я видела все три десятка фотографий, которые ты мне прислала, – у этого мужчины был пресс, а кожа, натянутая на мышцы торса и спины, тоже была покрыта восхитительными чернилами. Если верить статье, которую она прислала, у него было по одному рисунку за каждую написанную книгу.

– И ты все еще не хочешь прыгнуть на него? Потому что если нет, то я добавлю его в свой список избранных. Ради этого человека я даже готова подвинуть Скотта Иствуда.

– Я никогда не говорила, что не хочу... – я скорчила гримасу, закрыв глаза. – Даже если бы Ноа захотел, я никогда не была любительницей интрижек, и я не собираюсь встречаться с парнем, который заканчивает бабушкину книгу. Точка.

Ее глаза сверкнули.

– Но ты хочешь этого. И конечно, он хочет – ты же горячая штучка. Ты разведена, и не забывай, что я прекрасно знаю, что Демиан не сильно старался для тебя.

– Хейзел! – зашипела я, бросив взгляд через плечо, но там никого не было.

– Это правда, и я просто забочусь о тебе. Я знаю, что ты неравнодушна к задумчивым, творческим натурам. Ты видела эти татуировки? Классическая атмосфера «плохого парня», а сколько «плохих парней», еще и писателей ты знаешь?

– В мире полно авторов-плохишей.

– Например?

Я моргнула.

– Хемингуэй? Плохой выбор.

– Он мертв. Фицджеральд тоже. Жаль.

Она закатила глаза.

– Я сделаю педикюр прямо сейчас, если ты прекратишь это.

– Отлично, – она улыбнулась. – Пока, но я все равно думаю, что тебе стоит на него наброситься.

Я покачала головой в ответ на ее смехотворно плохую идею и увидела Дэна Аллена через стеклянные витрины магазина мистера Наварро.

– Дэн все еще работает агентом по недвижимости? – наверное, у него есть объявление.

– Да. Он помог нам найти дом в прошлом году, – ответила Хейзел, а затем помахала рукой, когда Дэн поймал наш взгляд.

– Не против, если мы отвлечемся на несколько минут перед педикюром? – я снова посмотрела на эркерные витрины, обрамляющие дверь, и представила, какой свет будет падать на них через несколько часов, когда выглянет полуденное солнце.

– Без проблем.

Я открыла тяжелую стеклянную дверь и шагнула в магазин. Здесь больше не было ни гигантских аквариумов, ни свертков с подстилкой для хомяков. Даже стеллажи исчезли. В помещении было пусто, если не считать Дэна, который встретил нас с харизматичной улыбкой, не изменившейся со школьных времен.

– Джорджия, прошла целая вечность! Софи упоминала, что видела тебя, когда ты приехала в город, – он шагнул вперед и пожал мне руку, затем то же самое сделал с Хейзел.

– Привет, Дэн, – я обвела взглядом его долговязую фигуру и посмотрела на пространство в задней части магазина. – Прости, что врываюсь. Мне просто было любопытно, что это за магазин.

– О, тебе нужна торговая площадка? – спросил он.

– Просто... любопытно...

– Она любопытна, – Хейзел ухмыльнулась.

Он перешел в режим риелтора, рассказывая нам о большой площади, пока вел нас мимо единственного оставшегося предмета интерьера – стеклянного прилавка, где я заплатила за свою первую золотую рыбку.

– Почему же это место до сих пор не продано? – спросила я, когда он открыл заднюю дверь, ведущую в помещение, которое должно было быть складом. – Мистера Наварро нет уже сколько? Год?

– Оно продается уже около шести месяцев, но кладовая находится здесь, сейчас я вам ее покажу, – он включил свет, и мы последовали за ним в огромное недостроенное помещение.

– Вау.

Здесь есть две большие гаражные двери, цементный пол и стены, несколько рядов люминесцентных ламп, свисающих с высоких потолков.

– Склад здесь больше, чем торговое помещение, что нравилось мистеру Наварро, так как это позволяло не мешать его увлечению классическими автомобилями на подъездной дорожке миссис Наварро.

Вот. Это было идеальное место для печи. Правда, может быть, только в качестве дневной печи. И, конечно, для разогрева. Ниша отлично подходила для последующего обжигания. Далее я изучила потолок. Высокий, но несколько вентиляционных отверстий хорошего размера не помешают.

– Мне знаком этот взгляд, – сказала Хейзел у меня за спиной.

– Нет никакого взгляда, – ответила я, уже прикидывая лучшее место для скамьи и стенда.

– Сколько они за него хотят? – спросила Хейзел.