– Я люблю тебя, Скарлетт Райт. Я делал все возможное, чтобы бороться с этим, чтобы не торопить события, чтобы дать тебе время и пространство, которые тебе необходимы. Но эта война не даст нам этого времени, и после прошлой ночи я больше не буду этого скрывать. Я влюблен в тебя.

В ее груди запульсировала сладкая боль.

– Я тоже тебя люблю, – какой смысл было избегать этого, сопротивляться, когда никто из них не знал, будут ли они живы завтра?

Улыбка, озарившая его лицо, отразилась на ее лице, и впервые за целую вечность она позволила себе почувствовать, как это счастье излучается, проникает в каждую частичку ее существа. Но теперь, когда они признали это, что они собираются с этим делать?

– Поговаривают, что американцы получат собственную эскадрилью, – прошептала она. Другая эскадрилья означает перевод.

– Я слышал, – мышцы на его челюсти напряглись.

– Что мы будем делать? – ее голос сорвался на последнем слове.

– Мы встретимся со всем этим лицом к лицу. Твои родители, война, все Королевские военно-воздушные силы, – сказал он с легкой улыбкой. – Мы сделаем это вместе. Ты моя, Скарлетт Райт, а я твой, и с этой секунды у нас не будет секретов.

Она кивнула, а затем сладко поцеловала его.

– Хорошо. А теперь отвези меня домой, пока мы не натворили что-нибудь такое, за что нас обоих отдадут под трибунал.

Он улыбнулся.

– Да, мэм.

Она знала, что то, что их ожидает, вполне может подавить это новое, яростное чувство, наполнившее ее грудь, но в этот момент они были в безопасности, они были вместе и они любили друг друга.

Глава девятая

Джорджия

Дорогой Джеймсон,

Вот мы и снова пишем письма. Я бы все отдала, чтобы дотянуться до тебя сквозь эту бумагу, преодолеть долгие мили между нами, лишь бы прикоснуться к тебе, почувствовать биение твоего сердца. Сколько еще раз эта война сможет разлучить нас, прежде чем мы сможем просто быть счастливыми? Я знаю, что нам повезло, что мы прослужили вместе дольше, чем многие другие, но я слишком жадная, когда дело касается тебя, и ничто не заменит ощущения твоих рук вокруг меня. Но не волнуйся, мои руки держат лишь другого мистера Стэнтона, и он делает каждый день нашей разлуки чуть ярче...

Я посмотрела на свой телефон, как мне показалось, в миллиардный раз за эту неделю. Как только мне казалось, что Ноа может понять, что он в состоянии осознать тот простой факт, что я не отступаю, он снова звонил и предлагал какое-нибудь пошлое завершение бабушкиной истории, и каждое было хуже предыдущего.

Как сейчас.

– Прости... ты только что сказал, что он выскочил из рождественского подарка? – я отодвинула телефон от уха и взглянула на экран, чтобы убедиться, что на другом конце действительно Ноа. Да, это был его номер, его низкий, и, признаюсь, с трудом уловимый, сексуальный голос, рассказывающий совершенно нелепую историю.

– Именно так. Представь себе...

– Ты сошел с ума и, возможно, подталкиваешь меня к тому, чтобы я сошла с ума в процессе... – вот и все. Мои глаза сузились. – Это ведь не твой настоящий финал? Ни один из них.

– Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Это радостное торжество любви и надежды, – он был хорош. В его голосе даже прозвучала обида.

– Ага. Ты придумываешь мне откровенно плохие и банальные концовки, чтобы я не отмахнулась от твоей идеи, не так ли? – я допила сладкий чай и направилась в бабушкин кабинет – мой кабинет.

– На самом деле у меня была и более... пикантная идея, – раздался звук, похожий на тихий скрип, как будто он бросился на свой диван или кровать.

Не то чтобы я думала о его кровати, потому что это было не так.

– Ладно. Пожалуйста, расскажи, – я поставила чай на подставку и включила компьютер. Во время развода я откладывала все возможные дела, а это означало, что мне придется полгода разбираться с наследством бабушки, но я уже почти справилась с этим.

– И вот они на пассажирском корабле на полпути через Атлантику, думают, что выкарабкались, и бац! Подводная лодка топит их.

У меня рот открылся.

– Ну, это... мрачно, – но, по крайней мере, он действительно обдумывал мою позицию, верно?

– Подожди. Когда корабль идет ко дну, он доставляет их к спасательной шлюпке, но там просто не хватает места, и Скарлетт разрывается между тем, чтобы занять оставшееся место ради безопасности Уильяма или бороться с паникующей толпой за другую шлюпку.

Я нахмурила брови.

Подождите-ка.

– В конце концов, они просто окажутся в воде, Джеймсон подтолкнет Скарлетт к тому, что осталось от обломков корабля...

– Боже мой, я надеюсь, ты не хочешь, чтобы все закончилось как в «Титанике»! – мой голос прозвучал достаточно громко, чтобы я вздрогнула.

– Эй, ты же хотела печального конца.

– Невероятно. С тобой всегда так трудно работать?