– Помолвка через полчаса, гости уже прибыли, включая уважаемых родителей твоей невесты, Кристалина сама тоже давно там, ждет тебя, Лейтон! Даже твой лучший друг Эльчин уже там! Ты давным-давно должен быть в Уинфорд-холле, а ты… Здесь!

– Я послал своего адъютанта – он должен был передать, что я задержусь.

Аллиот подносит Лейтону свежую рубашку с погонами, которую тот накидывает себе на плечи и принимается сосредоточенно застегивать пуговицы.

– Задержишься? – громовым голосом повторил Норман. – ЗАДЕРЖИШЬСЯ на свою собственную помолвку с дочерью императорского советника Вадэмона, договоренность о которой была подписана и магически скреплена, когда тебе исполнилось семь, а ей два года?

– У меня было крайне важное дело, – сдержанно сообщил ректор, застегивая манжеты.

И это его спокойствие резко контрастировало с яростью его отца.

– Какое дело может быть важнее давнего договора между нашими семьями, Лейтон? Какое дело может быть важнее союза высококровного черного дракона и сапфировой дракайны, от которого может получиться дракон с такой же редчайшей черной кровью, как у тебя? КАКОЕ дело?

Лейтон молчит, глядя на мою туфлю.

– Что с тобой, сын мой? Я не узнаю тебя, тебя словно подменили. Ты всегда прекрасно осознавал необходимость и высокий смысл этого брака. Кристалина – идеальная для тебя партия, красивая, умная, талантливая, спокойная высококровная дракайна, будет тебе великолепной женой и родит высококровных детей. Я всегда полагал, что тебе ясно это столь же очевидно, сколь и мне… Лейтон! Ты хотя бы понимаешь, насколько серьезные проблемы будут с Геральдической Палатой Гармонизации? Понимаешь, чем для нашего рода чреват срыв брачного союза, благословленного самим императором Радом?

– Однако император не может запретить мне завести любовницу, – спокойно оборвал ректор. – Точно так же, как и ты.

– Любовницу? – прорычал Норман, да так, что Аллиот втянул голову в плечи, но взял себя в руки и сбавил тон. – На кой ляд тебе любовница, когда есть Кристалина?! Чего тебе не хватает, я понять не могу? Как с цепи сорвался! Ладно, хорошо… Если уж тебе вожжа под хвост попала, сходите с Эльчином в проверенный бордель, наберите себе там шлюх, по десятку каждый, устройте с ними оргию, выпустите пар… А потом ты станешь примерным мужем Кристалине.

– Никаких борделей и никаких шлюх, отец, – перебил Лейтон, глядя на отца своими стылыми голубыми глазами, и даже мне, которая скрывалась за зеркалом, вне зоны его видимости, в этот момент стало страшно. – Разумеется, я женюсь на Кристалине Вадэмон и исполню свои обязанности. Но у меня будет любовница. Постоянная. Одна. И не дай Драковоин тебе попытаться этому помешать.

Генерал сжал кулаки до хруста, но потом подошел к столику, налил себе полный бокал и залпом выпил.

– Хорошо, сын мой. Ты можешь завести себе постоянную любовницу – наши порядки допускают это. Хотя я, ей-богам, не возьму в толк, зачем тебе это нужно при молодой и красивой жене. Однако, ты же понимаешь, что эта любовница должна соответствовать твоему статусу. Не ниже янтарной крови, желательно изумрудная или…

– У моей любовницы желтая кровь, – как ни в чем не бывало, проговорил Лейтон и тоже отхлебнул из бокала. – Она мутантка. Возможно, произошла от связи химеры и человеческой женщины, кто знает…

Раздался оглушительный звон.

Это из руки Нормана выпал стакан с виски и разбился вдребезги.

– Та самая кривовка… – негромко проговорил он, глядя на Лейтона, как на чудовище. – Та, которая отравила Кристу. Это она? Только не говори мне, что это она, Лейтон… Я не думал, что ты настолько безумен. Связью с этой обочинской девкой ты покроешь род Уинфордов нескончаемым позором! Низкокровная мутантка… Император Радион будет в ярости, когда узнает, что, женившись на своей паре, предназначенной тебе родом и судьбой, ты запятнал себя связью с… Этой тварью! Ты же знаешь, как он ненавидит этот мусор!

– Еще раз назовешь мою мутантку тварью или мусором, и я больше не назову тебя отцом, – буднично сообщил Лейтон.

Норман пораженно покачал головой, глядя на него, и явно не находя слов.

– И вообще, не находишь, что наш венценосец уж слишком перегибает палку в отношении коренных жителей из округов? – помолчав, поинтересовался ректор. – Слишком сильно натянутая пружина может в конце концов лопнуть…

– Наше дело – выполнять приказы, а не обсуждать правителя. Разочаровываешь меня, сын. Сейчас ты связался с кривовкой, а там уж и до поддержки Кривого ордена недалеко!

– Тебе не стоит говорить мне подобное, – взгляд Лейтона стал острым, точно сталь. – Я верен своей стране. Я проливал за нее кровь. Там, на Сероводной, когда мы попали в окружение – десять драконов против сотни химер… Ты же помнишь, что я умер тогда, но мы их разбили. И умру за свою страну снова, если потребуется.

Глаза Нормана будто заволокло туманом.

– Я помню, как нашел тебя в ущелье. Трава под тобой была пропитана кровью. У тебя не было сил даже для дыхания, не то, что для оборота. Я чуть было тебя не потерял, но тебя вернули почти с того света…