– Печальная история, лейтенант. Сочувствую вам.

– А я сочувствую тебе, Кук, – Сучич улыбнулся, видимо, надеясь, что это выглядит добродушно. Не выглядело. – Мы с тобой похожи – оба из окружных приютов, у обоих долго не получался оборот, над обоими издевались эти сволочи! Я знаю, что Уинфорд сделал тебя своей служанкой, и представляю, каких унижений ты от него натерпелась. Не говоря уже о твоих сокадетах. Тут у кого угодно сдадут нервы. Хочу, чтобы ты знала, что я совсем тебя не осуждаю…

– Тогда, раз вы полны сочувствия, может быть, вынете мою ногу из этой штуки?

Я кивнула на испанский сапог.

– Не могу, Кук, такова форма допроса, – Сучич развел руками. – Но как только ты подпишешь признание, сразу же отправлю тебя в теплый, хороший и уютный отдельный изолятор. Такие тут тоже есть. Кормить будут хорошо, лучше, чем в самой АВД, а то ты там голодаешь, как я наслышан. Все сделаю в лучшем виде, тебе в ссылке еще и лучше покажется, чем в Академии! Ты пойми, я помочь тебе хочу, прикрыть от жестокого правосудия этих высококровных извергов! В Драковии заправляет элита, и элита не простит тебе убийство одной из них.

Несмотря на задушевность тона Сучича, которым он надеялся расположить меня к себе, расположения я к нему не почувствовала ни капли.

Я прекрасно понимала, что, подписав это признание, подпишу себе смертный приговор.

Сучич хотел расшатать мою психику, избрав тактику «плохой и хороший полицейский», где взял на себя роль их обоих в одном лице.

– Кстати, Кук, а ты знала, что ректор Уинфорд вчера утром подписал приказ об отчислении Гроув из АВД, тем самым перечеркнув военную карьеру, о которой она мечтала. С формулировкой «За грубое нарушение Устава, нарушение принципов товарищества и воинской чести». Она была на тебя зла из-за того, что он отчислил ее, да? Вы поссорились, и ты случайно ее пырнула, правда ведь?

Вот как?

Лейтон отчислил Лику на следующее же утро после того, как она приложила меня об стену туалета?

Еще и с такой издевательской формулировкой про товарищество?

Я просто не верила своим ушам!

– Лейтенант, вы знаете рост Гроув? А ее телосложение? Она на боевке некоторых парней укладывала в два счета! Посмотрите на меня – каким образом я смогла бы с ней сладить?

– Глава клуба фанаток Уинфорда, желтая кровь без оборота… – продолжал мужчина, как будто совсем меня не слыша. – Так сильно влюблена в него, верно? Что ж, ты не одна такая… В черного дракона всегда были влюблены все девушки АВД. Так было, когда он был кадетом – лучшим из лучших. Блестящий, непогрешимый Лейтон Уинфорд, черная кровь, отличник по всем предметам – ни единого минуса за все годы обучения. И так стало, когда он стал ректором… Женщины всегда влюбляются в таких красавцев. И не смотрят на тех, кто не вышел внешностью, но прекрасен душой. Я ведь по-доброму к тебе, Кук, разве не видишь? Дуреха, я помочь тебе хочу...

Мне категорически не нравилось, куда клонил Сучич.

Не нравился его тон, улыбка, зубы…

Но главное взгляд чешуйчатого.

Но он пошел дальше – вынул из кармана растянутых брюк красную газетку, потрепанную и смятую, со следами заломов.

Хорошо знакомый мне красный листок.

Только не это...

Проклятое «Знамя АВД»! Проклятое стихотворение Тессы!

Ты меня и тут достало, да?!