У меня защипало в горле. Я почувствовала, что могу расплакаться.

Бини бы сказала: «Это нормально. Это нормальная реакция на отказ».

Но это не казалось нормальным.

Я скользнула в сторону, стараясь не задеть покрывало и не разбудить Джорджа Бейли. Осторожно выбралась с кровати и пошла к двери.

Но не успела дойти, как Джордж Бейли уже встал и встал прямо на моём пути.

Сдавшись, я пошла вместе с ним обратно к кровати.

— Похоже, я остаюсь, — сказала я.

— Похоже, да, — откликнулся Хатч, глядя в потолок.

На этот раз, когда я устроилась обратно на подушке, он выключил свет.

И мы заснули в темноте — настолько поодиночке, насколько это возможно для двух людей в одной постели.

УТРОМ Джордж Бейли снова оказался на мне.

Я почувствовала его раньше, чем увидела — он улёгся у меня на животе, будто мы всегда так и спали.

Я пару секунд продумывала стратегию — с учётом того, как закончилась моя попытка выбраться из-под него прошлой ночью.

И тут я открыла глаза и поняла, что это был вовсе не Джордж Бейли.

Это был Хатч.

А Джордж Бейли, между прочим, вообще из комнаты ушёл.

Моё пробуждение разбудило Хатча и как только он увидел меня, он отпрыгнул на другую сторону кровати, будто каскадёр на тросах.

— Какого чёрта? — сказал он.

Как будто это я лежала сверху.

Может, я всё ещё злилась за то, что он пытался выставить меня из кровати прошлой ночью, но меня задело, что он будто обвинил меня.

Так что я сделала единственное достойное в такой ситуации. Я встала и вышла из комнаты.

Джордж Бейли лежал в гостиной на диване, уютно развалившись пузом кверху, будто никакого грома в природе и не существовало.

Я начала закидывать аппаратуру в сумку, разобрала штатив, застегнула чехлы для объективов. Даже не переоделась и не почистила зубы. Просто собирала всё, чтобы поскорее сбежать.

Я как раз закрывала последний кейс, когда увидела Хатча в дверях спальни. Он уже был в джинсах и футболке. И снова с тем печальным выражением лица.

— Прости, что я так на тебя навалился, — сказал он. — Я, наверное, подумал, что ты собака.

Как пощёчина сверху.

— Наверное, да.

— Надеюсь, ты не... расстроилась.

— В смысле — не боюсь, что ты пытался ко мне подкатить?

Хатч слегка пожал плечами.

— Нет, приятель. Ты явно спал. И вчера ты очень ясно дал понять, что тебе это неинтересно.

— Но это же хорошо, правда?

А с чего это должно быть хорошо?

— Если ты так считаешь, — буркнула я.

— Я просто стараюсь поступать правильно.

— Ты правда считаешь, что принять меня за собаку — это правильно?

У Хатча напряглась челюсть.

— Послушай. Я тебя сюда не звал...

— Вообще-то звал.

— Только потому, что Коул сказал.

— А ты всё, что Коул скажет, выполняешь?

Хатч моргнул.

— Да. Да, выполняю.

Он что, всерьёз решил, что ему нельзя с кем-то встречаться, пока Коул один? Он и вправду просто принял всю вину без разбора?

— Ну что ж, — сказала я. — Мне кажется, ты несёшь наказание за то, в чём не виноват.

— Это не так.

Я пожала плечами, мол, ладно, это между вами.

— Хорошо. Но ты сказал мне уйти. Так что я ухожу.

Мне не нравилось, как жалобно это прозвучало. Интересно, Хатч это тоже услышал?

Он посмотрел на часы.

— Я думал, ты остаёшься до десяти.

Было 9:27. Почти.

— У меня уже всё отснято.

Кроме двухсот отжиманий. Но даже ради них я не стала бы оставаться.

Теперь, когда я уходила, Хатч выглядел каким-то... растерянным.

— Давай я помогу с вещами.

— Сама справлюсь.

Но он не отступил. Взял оставшиеся сумки и пошёл со мной по пристани к машине Рю. Даже после того, как мы всё загрузили, он всё ещё стоял рядом — не уходил.

— Спасибо, — сказал он, щурясь на солнце. А потом, как будто мы больше никогда не увидимся, добавил: — Вчера был... странно классный день.

Я не была готова предаваться ностальгии по времени, которое мы провели вместе, особенно после того, как он меня оттолкнул.

— Ну да, — сказала я.

— Увидимся на работе, — сказал он, отступая на шаг.

Но я не хотела идти на работу. И вдруг до меня дошло, что я ведь и не обязана. Я могу взять день для восстановления — день психического здоровья, как это теперь называют, верно? Я же не в армии. Никто не узнает и никому не будет дела, если я проведу день в постели, поедая вредную еду и смотря тупые сериалы.

— Я почти уверена, — сказала я, — что сегодня работу прогуляю.

17

17

— Я беру отгул, — сказала я Бини, когда позже позвонила ей по видеосвязи.

— Блестяще, — сказала Бини, когда я объяснила почему. — Забери обратно свою силу.

Я не была уверена, что завтрак из шоколадных конфет Lindor и запойный просмотр HGTV — это прям возвращение силы, но, пожалуй, на сегодня сойдёт.