» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 84 из 103 Настройки

Я до сих пор не могла забыть надлом в голосе Маркуса, когда он задал мне точно такой же вопрос. К тому моменту, когда они с Генри добрались до больницы, было уже слишком поздно.

В тот день Ксандер сыграл лучший матч в своей жизни, и родители видели его целиком.

Они всегда приходили.

Я присоединилась к ним на праздничном ужине, а потом мы все решили провести выходные в загородном доме Саттонов. Обычно после ужина мы отправлялись праздновать с командой, а его родители ехали домой. Но в тот вечер все было иначе: Ксандер почему-то твердо решил возвращаться.

Мы ехали в нескольких милях позади машины его родителей.

Из-за дождя матч задержали, и начался он позже запланированного. Дороги все еще были скользкими, покрытыми мокрой опавшей листвой.

Когда мы добрались до места аварии, зрелище было чудовищным.

Я пыталась не дать Ксандеру увидеть.

Его душераздирающие рыдания потом годами звучали у меня в ушах.

Несколько месяцев Ксандер был лишь тенью самого себя.

Маркус тоже.

Руки задрожали от одной мысли о том, какую боль они, должно быть, переживают сегодня. Еще одни похороны, напоминающие обо всем, что они потеряли.

Еще одно имя в и без того длинном списке.

— Врачи говорят, остановка сердца. Скорее всего, бессимптомная аритмия, — голос Генри выдернул меня из воспоминаний.

Он пожал плечами, а мои глаза наполнились слезами.

— Наверное, он ничего не почувствовал.

Воспоминание заставило все тело содрогаться от рыданий, которые я пыталась сдержать. Слезы капали в кофе, словно дождь.

Ксандер обнял за плечи, и его грудь заглушила мои тихие всхлипы.

Смерть Саттонов повлияла на каждого из нас по-разному.

Меня она заставила бояться любых резких перемен. Мрачное ожидание последствий сделало настороженной.

— Ты в порядке? — спросила я у Ксандера.

Меня до ужаса пугала мысль, что что-нибудь снова вырвет их из счастливой жизни.

Особенно его.

Я не смогу еще раз смотреть, как Ксандер падает в ту же яму, в которой оказался много лет назад.

Он мягко отстранил меня, положив ладони на плечи. Глубокая тревога в его взгляде смягчилась.

— Тебе нужно перестать так сильно обо мне переживать.

— Маркус?

Я посмотрела на него. На лице читалась боль.

Не ревность.

Не собственничество.

Он хотел сам меня утешить.

Наша тайна теперь казалась такой незначительной.

Жаль, что мы не рассказали Генри еще тогда, когда все узнал Ксандер.

Маркус кивнул. Я еще мгновение смотрела на него, а потом перевела взгляд на Генри.

Интересно, что чувствовал он.

Назвать его отношения с нашим дедом натянутыми – ничего не сказать.

— А ты в порядке?

Генри снова пожал плечами.

— Наверное.

— Нормально, что мне грустно, но... не настолько грустно? — спросила я.

Только он мог понять.

Я и сама не знала, как это объяснить.

Конечно, смерть деда причиняла боль. В сердце осталась пустота. Почти все счастливые воспоминания детства были связаны с его домом и бабушкой. С его смертью словно захлопнулась дверь в то идеальное прошлое.

Но сегодня сильнее всего меня мучил страх за Ксандера и за то, как он со всем этим справляется.

С бабушкой мы всегда были близки, а дед держался на расстоянии.

Главным в его мире была компания, а мы слишком часто оказывались на втором плане.

Он нас любил, но между нами так и не возникло отношений, которые не были бы так или иначе связаны с компанией.

— Тогда нас двое, — мягко улыбнулся Генри. — Он был сложным человеком.

Когда я немного пришла в себя, мы с Генри поехали к родителям.

Похороны были назначены на завтра, поэтому решили остаться у них на ночь.

Глава 47

Маркус

После похорон семья вернулась в свой дом на Манхэттене.

Отец Слоан и Генри, Шаан, сообщил детям то, чего все давно ожидали: он собирался отойти от дел компании. Это давно было секретом Полишинеля и одной из причин, почему совет директоров так пристально следил за поведением Генри.

Мы с Ксандером уже собирались уходить, когда Слоан принесла стопку альбомов и разложила их на журнальном столике.

— Ребята, посмотрите на эти фотографии Генри с его первого теннисного матча.

Она достала снимки из альбома, и мы решили задержаться еще ненадолго.

Такие моменты, когда вся семья собиралась вместе, всегда заставляли меня чувствовать себя неуютно. Ксандер будто естественным образом становился ее частью, а я неизменно ощущал себя немного чужим.

— Маркус, поможешь мне с фотографиями? — спросила мать Слоан, Беатрис.

Удивились все, но уже через несколько секунд остальные снова увлеклись очередным снимком.

Ни для кого не было секретом, что Ксандера она обожала. Они много лет регулярно обедали вместе в городе.

— Внизу еще куча альбомов, — объяснила Слоан, не поднимая головы, когда Ксандер привлек ее внимание к очередной позорной фотографии Генри.