» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 83 из 103 Настройки

За последние месяцы большая часть вещей Слоан постепенно перекочевала ко мне, поэтому собрать ее было несложно. Когда я разбужу ее и сообщу новость, ей будет не до чемодана. А все забытое легко можно купить после прилета в Нью-Йорк.

Будить раньше необходимости не хотелось.

Сегодняшняя ночь станет последней спокойной ночью за долгое время.

Я сидел на кухне и договаривался, чтобы самолет подготовили к утру, когда услышал скрип пола.

— Маркус?

Слоан медленно вышла из коридора, привыкая к свету. Взгляд упал на собранные сумки в нескольких шагах от нее.

На ней была только одна из моих старых университетских футболок, и пальцы нервно теребили ткань.

— Все хорошо?

Я усадил ее рядом с собой за кухонный остров и рассказал.

Первые несколько минут Слоан плакала от шока, но после первой реакции молча приняла душ и оделась.

В самолете она оставалась такой же тихой.

Лицо не выражало ничего, зато в глазах бушевал ураган.

У Генри и Слоан были непростые отношения с родителями и дедом. В детстве их воспитывали няни, а непомерные ожидания давили на плечи. Единственным человеком, который действительно был для них родителем, казалась бабушка.

И в обоих до сих пор жила обида.

Только после посадки в Нью-Йорке, когда мы приехали ко мне и увидели ожидавшего нас Ксандера, Слоан наконец расплакалась.

Словно всю свою уязвимость берегла до момента, когда рядом окажется он.

Она крепко обняла его за талию и разрыдалась, а от звука этих рыданий у меня будто разорвало грудь.

Она не вкладывала в это никакого смысла.

Слоан горевала.

Он был ее лучшим другом.

Все было совершенно логично.

Но это никак не ослабляло давление в груди и ощущение, будто сердце выковыривают ржавым ледорубом.

Когда Слоан уснула, Ксандер еще час убеждал меня не искать скрытого смысла в ее реакции.

Меня это задело, но тревожило совсем другое.

Мы молча сидели друг напротив друга в гостиной. Было почти три часа ночи. Ни один из нас толком не понимал, что делать.

Я был измотан, но точно знал, что не усну.

Ксандер выглядел немного потерянным.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать.

Если он узнает сам, будет только хуже.

С Ксандером и Генри я и без того ходил по тонкому льду, а Генри рассказать не мог.

Слоан – казалось невозможным.

Ксандер поднял голову и выпрямился, уловив серьезность моего тона.

Пока я рассказывал, лицо оставалось каменным, а сам он не произнес ни слова.

Совет директоров.

Голосование.

Тайна, которую я хранил больше года.

— Я понимаю, почему ты пока не говоришь Генри. Но ей ты обязан рассказать.

В голосе Ксандера звучало раздражение, плечи были напряжены.

— Скоро.

— Знаю, — ответил я скорее самому себе.

Ксандер поднялся и устало провел рукой по волосам. Глубоко вдохнул и забрал ключи с журнального столика.

— Серьезно. Как можно скорее, — повторил он.

Я кивнул, и Ксандер направился к двери.

Я поднялся наверх в надежде хоть немного поспать, прекрасно понимая, что ничего не выйдет.

Глава 46

Слоан

На Манхэттен мы прилетели рано утром. В самолете я почти не спала.

К тому моменту, когда добрались до дома Маркуса, я была совершенно измотана. Стоило голове коснуться его матраса, как я почти сразу отключилась.

Совсем не так я представляла обстоятельства, при которых впервые проведу ночь в этой кровати.

Проснувшись, я услышала голоса внизу.

Генри уже приехал.

В какой-то момент сквозь сон почувствовала, как Маркус лег рядом. Наверняка поставил будильник, чтобы успеть выбраться из кровати до прихода остальных.

Я села и вспомнила, что именно поэтому вообще-то стоило лечь в гостевой спальне.

Маркус предусмотрительно перенес туда мои сумки, а на прикроватной тумбочке оставил одежду, чтобы я могла переодеться.

Всегда на шаг впереди.

От этой мысли я улыбнулась. Осознание, что теперь все эти его способности направлены на заботу обо мне, согревало изнутри.

— Привет, — встретил меня голос Генри, когда я спускалась по лестнице. — Ты как?

Все сидели на диване вокруг журнального столика. Маркус и Ксандер повернулись ко мне. Взгляд Маркуса задержался, а лицо слегка вытянулось, когда он понял, что я не собираюсь в полусонном состоянии свернуться рядом с ним.

Я пожала плечами и плюхнулась возле Ксандера.

Больше всего мучило чувство вины за то, что мне недостаточно больно.

Когда умерла бабушка, я была разбита. Помню, как часами рыдала на диване в доме родителей. Тогда я училась на первом курсе юридического и взяла целую неделю, чтобы пережить утрату.

Это были первые похороны после смерти родителей Саттонов.

Ксандер протянул чашку, до краев наполненную кофе.

— Что случилось? — спросила я.

Собственный вопрос мгновенно вернул весь ужас той ночи, когда Саттоны попали в аварию.