» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 76 из 127 Настройки

— Да. Между нами была эмоциональная связь, и, похоже, я официально сошла с ума, раз произношу это вслух.

— Ого. Никогда не думала, что услышу от тебя слова душа и секс в одном предложении.

— У тебя щеки еще не болят от этой улыбки? И когда это я вообще... — Я качаю головой. — Что-то здесь не так. Может, у моих противозачаточных истек срок годности и гормоны взбесились. Или это из-за стресса...

— А может, ты наконец встретила своего человека. Того, кто предназначен именно тебе.

Я люблю тебя. Эти три слова, которые он прошлой ночью произнес с такой уверенностью, вызывают во мне желание сказать ему, что он ошибается, что он просто не может испытывать ко мне такие чувства. Но я не могу заставить себя произнести это вслух. Это было бы похоже на предательство, ведь с самого первого мгновения этот мужчина заставлял меня чувствовать себя по-настоящему любимой и драгоценной.

— Может быть, — бормочу я, опуская взгляд.

— А что чувствуешь во время оргазма?

Мы с Луной обе замираем. В дверном проеме стоит Виктория. Ее волосы собраны в небрежный хвост, на ней белое худи, розовые легинсы и тапочки в виде коал, которые, кажется, раза в два больше ее головы. В руках она держит книгу толщиной со словарь.

— Ну, раз уж ты спросила... — начинаю я, но Луна вскакивает с кресла и закрывает ладонями уши Виктории.

— Эй! — возмущается Виктория.

— Ви, помнишь, как у Романа на лбу вздувается вена, когда он нервничает? Если он услышит от тебя такое, она просто лопнет.

Все трое разражаемся смехом.

— Мне девятнадцать, Луна. Сейчас будет шокирующее откровение, но я знаю, откуда берутся дети.

— Нет, поверь мне, не знаешь, — совершенно серьезно отвечает Луна. — Во всяком случае, пока рядом твои братья. Если хочешь выходить из этого дома без охраны, достойной президента, тебе придется и дальше верить в аистов.

Виктория одаривает ее милой улыбкой, машет мне рукой и направляется наверх, бормоча себе под нос что-то о тирании.

Я снова разражаюсь хохотом.

Луна опускается обратно в кресло, провожая Викторию взглядом.

— Она так и умрет в одиночестве. Можешь представить, что будет, если она приведет домой парня? К Роману? Максиму? Нико?

— Будем надеяться, что у бедняги есть бронежилет и связи на небесах.

— Ага, — отвечает она, и в ее голосе слышится неподдельное беспокойство.

Правда в том, что любому, кто захочет быть с Викторией, придется пережить настоящую войну, прежде чем ее братья позволят ему приблизиться к ней.

И дело не только в них. Луна, не задумываясь, прольет кровь ради этой девочки. Черт возьми, даже я схвачусь за биту. А Юлия, я уверена, уже присматривает оружие, на котором можно будет выгравировать имя несчастного ублюдка.

Удачи тебе, парень.

 

Глава 40

Дэмиен

Telegram - @LittleBookWhores

— А теперь, Джозеф, расскажи еще раз все подробности.

Я наблюдаю, как наш ирландский крот в полиции начинает заикаться.

— Они нашли тело сенатора Эшвилла. Его выбросило на берег возле причала. Какая-то женщина заметила его во время утренней пробежки и вызвала полицию.

Мои кулаки непроизвольно сжимаются, и мне приходится прикусить щеку изнутри. Кто-то облажался. Кто-то не соблюдал протокол, и теперь нам приходится разгребать последствия.

— Полагаю, тело отправили в морг на вскрытие, — произносит Василий.

— Ага. Хотя, в смысле, не нужно быть гением, чтобы понять, что с ним произошло, — отвечает Джозеф.

Нет, действительно не нужно быть гением, чтобы понять, что этот труп подвергали пыткам. Если содранной с правой руки кожи недостаточно, то отсутствие члена и тот факт, что его заставили проглотить собственный пенис — работа Василия, должен добавить, — делают картину чертовски очевидной.

— Они придут сюда с вопросами, — сообщает нам полицейский, нервно сглатывая.

— И с какой стати им это делать? — спрашиваю я, уверенный, что его вот-вот хватит удар.

Какого черта все так реагируют, когда я с ними разговариваю?

Может, потому, что ты крутишь между пальцами два ножа и при этом ухмыляешься, как маньяк, напоминает голос в моей голове.

Моя ухмылка становится еще шире, но вовсе не из-за идиота передо мной или ситуации, в которой мы оказались. Все дело в ней. В моем маленьком солнышке. В моей жене.

Она наконец позволила себе сдаться, и сердце болезненно сжимается в груди, когда я вспоминаю, как она смотрела на меня, когда я признался ей в любви. Словно сама мысль об этом казалась ей немыслимой. Словно до меня никто никогда ее не любил.

И пусть я эгоист, но я рад, что стал первым и единственным.

— Сенатор упоминал одному из коллег, что ему удалось попасть в Красный Мак, — отвечает парень, и на его лбу выступают капельки пота.

Блядь.