ДАФНА
Сердце болит, но с беконом становится легче. С ним все становится легче.
Сгорбившись, сижу за одним из столов в комнате отдыха «Флетчер-Уилсон»: в одной руке полоска бекона, в другой — телеграмма. На тарелке лежит одна из шести порций, которые я приготовила в начале недели, чтобы брать с собой на работу. А телеграмма от Патрика Райта сегодня утром пришла прямо на мой стол. Похоже, он намерен сдержать обещание и навестить меня в выходные. Более того, уже назначил время и место свидания. А это, разумеется, лишь напоминает о последнем разговоре с Монти.
О боли от его завуалированного отказа.
Сминаю телеграмму в кулаке и переключаю внимание на нескончаемую болтовню Араминты. В Благой форме она прислонилась к длинной стойке в комнате отдыха. Сиреневые волосы скрыты под шелковым платком, глаза — за очками с тонированными линзами, а тело облачено в ее неизменный черный траурный наряд с оборками.
— Ты столько всего пропустила, — говорит она, наконец переводя дыхание после длиннющей фразы без единой паузы. — Должна ценить, что я выкроила время в своем плотном расписании и пришла навестить тебя на работе.
— Безмерно ценю, — монотонно отвечаю и запихиваю в рот еще одну полоску бекона.
Возможно, по мне не видно, но я и правда рада, что Ари пришла. Вернувшись домой после долгих выходных, я ожидала обнаружить, что за время моего отсутствия она устроила в квартире настоящий погром, но от нее не было ни следа.
Впервые мы увиделись только сегодня, в среду. Оказывается, выходные у нее и правда выдались насыщенными. Карьера модели началась настолько успешно, что Араминта уже сумела снять собственную квартиру в городе. Еще она сообщила, что успела сойтись с Дэвидом и снова расстаться с ним примерно четыре раза. Можно подумать, меня не было целый месяц, а не несколько дней.
— Тебе не кажется, что ты ешь слишком много бекона? — спрашивает она.
Я ощетиниваюсь и обнажаю зубы, предупреждая держаться подальше на случай, если она задумала отобрать тарелку.
— Слишком много бекона не бывает.
— Уверена? Потому что его и правда очень много. Тут словно целая свинья.
Демонстративно заталкиваю в рот целую полоску и наслаждаюсь хрустящей, насыщенной жирностью, тающей на языке.
— Ты меня за бекон стыдишь?
Араминта пожимает плечами.
— Полагаю, причин нет. В отличие от меня, тебе не приходится следить за фигурой. Я теперь практически знаменита, знаешь ли. Это тело принадлежит нескольким уважаемым брендам.
Последние слова она произносит чуть громче необходимого, а взгляд пробегает по остальным людям в комнате отдыха. Ни один из троих даже не поворачивается в нашу сторону: двое увлеченно и весело беседуют, а третья как раз заканчивает обед и выходит, ни разу не оглянувшись.
Араминта недовольно фыркает, снимает платок и очки, затем садится напротив и подталкивает ко мне сложенную газету. При виде газеты «Седар-Хиллз» сердце болезненно сжимается. Газета Монти. Но Ари не дает задержаться на этой мысли и перелистывает страницы до раздела с рекламой.
— Посмотри на мое новое объявление, — говорит она, постукивая пальцем по черно-белой фотографии.
Араминту узнаю сразу, хотя на снимке из одежды на ней лишь нижнее белье. Но стоит прочесть текст поверх фотографии, как я едва не давлюсь беконом.
«Когда киске хочется поиграть, выбирайте «Интрепид»».
Бью себя ладонью по груди, освобождая дыхательные пути, а затем делаю большой глоток чая.
Ари вопросительно склоняет голову.
— Довольно... любопытный выбор слов, — говорю я.
— Почему?
Наклоняюсь ближе и понижаю голос:
— В рекламе прямо так и написано: «киске».
Она невинно улыбается.
— Да. А в руках у меня котенок.
Закрываю лицо ладонями. Во имя любви ко Всему Сущему, она вообще понимает, какие бренды рекламирует?
Поднимаю голову и шепчу:
— «Интрепид» — противозачаточный тоник для репродуктивного здоровья.
Араминта восторженно кивает.
— Знаю! Он со вкусом вишни.
Значит, все-таки понимает, что такое «Интрепид».
Беру с тарелки еще одну полоску бекона.
— Мне больше нравится ежевичный.
Глаза Араминты расширяются.
— Ты тоже пьешь этот тоник? Но... зачем? У тебя же та-а-ак скучно с сексом.
И снова едва не давлюсь беконом. Бросаю взгляд на двух других людей в комнате, но они сидят через два стола и по-прежнему увлечены разговором.
— Можешь не говорить подобное так громко?
Она пожимает плечами.
— Но это правда. А вот у меня выходные были весьма насыщенными. Поверишь, у меня впервые случился секс втроем? Правда, вышло довольно неловко. Мне быстро стало скучно, поэтому Дэвид и Конрад просто занялись сексом друг с другом, а я смотрела и ела шоколад. Но все равно новый опыт. А как насчет тебя, Даф?
Она насмешливо ухмыляется.